Испуганные взрослые очнулись и разбрелись по домам, выбрасывая плетки и трости, а счастливые дети (в лице карлика и нескольких стоящих на коленях актеров) затянули песню о том, что ужасные времена побоев остались в прошлом и теперь у них появился защитник, который ни за что не даст их в обиду.
На этом пьеса закончилась.
Зажгли свет, и актеры вышли на поклон. Благодарные зрители отцедили им немного аплодисментов, после чего начали расходиться. Актеры потянулись за кулисы.
Бёрджес ждать не стал и бросился к выходу из ложи.
– Куда вы?! – стараясь не отставать, спрашивала она, на что Бёрджес ответил, что должен схватить Удильщика, пока тот не ускользнул.
Торопился он, впрочем, напрасно. Актер, сыгравший главную роль, никуда ускользать не спешил и устроился в своей гримерке вместе с карликом, где они решили скрасить ночь бутылочкой какой-то лиловой дряни из приплюснутой бутылки.
Там его Бёрджес и мисс Бишеллоу и обнаружили.
По всей видимости, слегка заразившись театральностью от актеров, он принял угрожающую позу и пробасил:
– Наконец, ты попал ко мне в руки, неуловимый Удильщик!
Актер, игравший Удильщика, совсем растерялся. Под маской обнаружилось лицо очевидного простофили: круглое и слегка поплывшее, расширенные от страха серые глаза часто моргали, от ежесекундного сглатывания дряблая шейка мелко дрожала.
– Я не понимаю, чем вызвал ваш гнев, сэр, – промямлил Удильщик. – Вам не понравился спектакль?
– Не понравился, – ответил Бёрджес. – Но речь не о том. Я пришел не из-за пьесы. Меня интересует Няня.
– Я не…
– Только вякни, что ничего не знаешь. Я не в настроении шутить – слишком долго я за тобой гонялся.
– За мной?! Но я ведь ничего не сделал! Или… – Он вдруг побелел. – Вас послала Мальвина?
– Что еще за, пропади ты пропадом, Мальвина?"
"– Мадам де Блуа, хозяйка «Театра Мальвины де Блуа» из Сонн.