Мне было тринадцать, когда родители решили, что Габен стал для них слишком скучен, и отправились в путешествие. Правда, вот незадача: это путешествие мое присутствие исключало, и тогда меня отвезли к мадам Лаппэн.
Пансион на Флюгерной улице – это не сиротский приют. Скорее это место, куда любящие родители за немалые денежки сбагриваю своих утомительных деток. Официально – на перевоспитание. А если говорить начистоту, то подальше с глаз. Впрочем, большинство тех, кто оказывается в его стенах, там находятся заслуженно.
"О, эти воспитанники пансиона… Даже за годы службы я нечасто встречал подобных мразей. Я старался держаться особняком и не участвовал в их проделках – до последнего надеялся, что, если буду хорошо учиться и следовать всем правилам, то получу «Свидетельство о перевоспитании» и родители меня заберут.
Прочие дети относились ко мне с пренебрежением и недоверием. Постоянно подначивали и провоцировали. Тем не менее я всячески избегал склок и драк. И уж тем более меня не заботили их тайные дела. Хотелось думать, что если я ни во что не влипну, мое пребывание в пансионе долго не продлится.
Между тем однажды произошло то, на что я повлиять никак не мог. Четверо мальчишек из числа самых безобразных воспитанников мадам Лаппэн решили устроить побег.
В тот же вечер и произошло то, к чему я веду. По коридорам пансиона ходили слухи, что побег провалился из-за того, что кто-то всех сдал. Подозрение пало на меня – конечно, ведь я был паинькой: кто еще мог выдать планы беглецов воспитателям. Нет, это был не я, но предателя, как тогда казалось, выявили.
Воспользовавшись тем, что взрослые разошлись по своим комнатам, четверо мразей решили мне отомстить. Я шел после ужина в комнату, когда на лестнице на меня напали. Избить «крысу» им казалось мало – нужно было преподать урок всем, кто в будущем подумает сдавать своих. А что может быть нагляднее, чем повесить «крысу» на главной лестнице пансиона?
Когда мне натянули на шею веревку, стало очевидно, что они хотят делать. Тут-то наставления дяди и помогли.