Все же здесь что-то не так, в этом доме.
Что-то еще не так, к слову… но что?"
"Мозг еще не успел проанализировать ситуацию, но левая рука уже дернула вверх свисающую полу гавайки, а правая выдернула из мягкой кожаной кобуры «Хеклер». И при этом я быстро сместился левее, так, чтобы проще было контролировать все пространство.
Что не так? Шум? Нет, шум весь с улицы, издалека к тому же, в доме тихо. Что?
Ощущение тяжести пистолета в руках придало уверенности, первый приступ непонятной паники спал.
Что меня насторожило?
Дом закрыт, электричество Гонсалес сказал не отрубать, но кондиционеры выключены, воздух затхлый, стоячий.
Я встречался с женщиной, которая терпеть не могла никаких резких запахов по утрам. Она отучила меня пользоваться лосьонами и всем прочим, что брызгается на морду после бритья. Перешел на гели без запаха, а потом и сам стал обращать внимание на «душистых» мужиков, тоже как-то раздражать стали, чем бы на себя ни брызгали.
Кто-то, с утра побрившись и обрызгавшись чем-то «после бритья», прошел по дому.
Полиция? Была бы машина у дома.
Привезли и высадили, а потом заберут? Полицейский бы скрываться не стал, он бы уже у меня документы проверял.
Уже ушел? А вот это я и проверю. С моего места видна лестница, ведущая на второй этаж, и вход на лестницу в подвал. Кстати, я эту дверь закрывал за собой, я точно помню, а теперь она открыта.
Пригнувшись и стараясь двигаться совсем неслышно, что было нетрудно из-за толстого ковра, лежащего здесь на полу, я сместился в самый угол, опустившись на колено и положив руки на тумбу, для устойчивости.
А запах свежий совсем, кто-то только что прошедший его оставил.
Гостиная здесь «в два света», то есть ее потолок на втором этаже, а надо мной идет галерея, на которую выходят двери всех спален.
Никаких шевелений. Могут на меня смотреть? Если не через какую-то хитрую камеру, то нет, не могут, я бы заметил, тут и мебели мало, чистый минимализм в интерьере, и все просматривается, не спрячешься. Двери на втором этаже закрыты все, а сам я под галереей сижу.