* * *- Дыши, - говорю я Мышке.
- Я дышу.
Из ее груди вырывается слабый стон.
- Я мороженку хочу, - выдыхает Мышка.
И я срываюсь с места, оставив ее с медсестрой. Знаю, что в холле больницы есть магазинчик. Прилетаю обратно, вручаю Мышке эскимо на палочке, пломбир в стаканчике, фруктовый лед и ее любимое “Бородино” в глазури. Мышка выбирает пломбир. Медсестре я отдаю эскимо, сам беру фруктовый лед.
В палату заглядывает врач.
- Как тут у нас дела?
Смотрит, как мы все трое облизываем мороженое, и смеется.
- Это вам, - я вручаю ему “Бородино”.
- А знаете… не откажусь. Вкусно, кстати.
- А-а-а! - стонет Мышка.
Я забираю у нее недоеденное мороженое. Роняю. Пытаюсь ее обнять. И поцеловать. Но она кусает меня за губу. А потом лежит, откинувшись на подушку, с капельками пота на лбу, такая маленькая, замученная и несчастная, что я чувствую: сейчас разревусь от бессилия. Я ничем не могу ей помочь!
- Где мое мороженое? - раздается ее голосок.
- Я его уронил…
- Тогда сделай мне массаж!
Я массирую ей ступни каждый вечер, смазываю их детским кремом и упаковываю в хлопчатобумажные носочки - так Мышке лучше спится.
* * *"
"Меня выгнали! Не пустили на роды. Еще и нашатырку под нос сували… Да не собирался я в обморок падать! Просто, когда во время очередной схватки Мышка не застонала, а закричала, я схватился за штатив с капельницей. И чуть не уронил всю конструкцию. Идиот… А потом еще сшиб тумбочку. Сам не знаю, как это получилось.
Но я в порядке! Мне-то что. Это Мышка умирает от боли…
Но на меня рявкнули, меня вывели и попросили не путаться под ногами.
- У нас тут двойня! - сердито буркнула медсестра.
И я заткнулся. Я не хочу быть помехой. Я просто категорически против того, чтобы Мышка страдала!
Стою у двери родовой. Слышу ее стоны. По спине стекает холодный пот. Зубы свело судорогой. Руки нервно сжимают телефон - сам не знаю, зачем верчу его в руках. Он аж скрипит от моего давления…
Мышкин стон.
- Тужься!
Еще стон. Да что они там с ней делают?!
- Головка показалась.
Что?!
- А-а-а! - кричит Мышка.
И к ее голосу присоединяется еще один голосок. Тонкий, пронзительный, как мини-сирена…
Я дергаюсь в дверь.
- Мальчик, - говорит мне медсестра.
И выталкивает обратно. Но я успеваю его мельком увидеть. Маленький, красный, с распахнутым ртом и пуповиной. Боже… Это правда? У нас родился сын…
- А где девочка?
- На подходе.
Я снова снаружи.