О чем он молчит

Очень скоро к ней попытались подойти с предложением о сотрудничестве. Вариант «по-хорошему» предполагал немалое денежное вознаграждение, если она добровольно станет марионеточным адвокатом. Вариант «по-плохому» содержал бесконечное множество опций. Катя выбрала вариант «по-плохому», и угрозы в ее сторону не заставили себя ждать.

Следующие месяцы, особенно после первого для нее судебного заседания, когда противоположной стороне пришлось узнать, что Катя кое-что может и умеет, под дверью их с Денисом квартиры неизвестные взяли в привычку оставлять то части тел мертвых животных, то записки с обещаниями всех видов физических увечий.

Нередко она просыпалась по ночам от звонков с тишиной по ту сторону трубки (замена номера никогда не спасала надолго), едва задремав, подскакивала от истошной трели дверного звонка в пять утра, чтобы вновь найти в подъезде свежий «подарок».

В полиции ожидаемо разводили руками и с гаденькой ухмылкой на лице заявляли, что ничем помочь не в силах: хулиганы есть хулиганы.

Катя, впрочем, помощи и не ждала, но настойчиво фиксировала каждый факт угрозы.

Время шло, Денис, бывший Кате единственным оплотом спокойствия и поддержки, начал нервничать. Он бесконечно уговаривал ее отойти в сторону, будто забыл, что адвокат даже юридически не имеет права отказаться от принятой на себя защиты. У Кати было два варианта: делать свою работу добросовестно или пойти на подлость.

Она хорошо помнила и пустые глаза своей подзащитной после нескольких проведенных в СИЗО месяцев, за которые ее не раз пытались сломать окончательно, и синяки на ее теле, которые в упор не замечались местной экспертизой, и результат труда прошлого защитника.

И как профессионал, и как личность Катя не имела никакого права поддаться страху и сдаться, подвести доверившегося ей человека и оставить его в одиночку сражаться с ураганом несправедливости.

После долгих беспросветных недель шанс выиграть процесс понемногу начал обретать действительность.

Кате удалось, наконец, в ходе допроса подловить одного из главных свидетелей обвинения на лжи и добиться независимой экспертизы. Выходя в тот день первой маленькой победы из зала суда, она даже не могла поверить, что у них получилось качнуть маятник в свою сторону.

Следующее заседание грозило стать решающим для дальнейшей расстановки сил. Катя работала как безумная, чувствуя, что иного шанса не будет.