Я успела погуглить кое-какую доступную информацию о нём на досуге. И вроде бы обычный госслужащий, но на запястье часы стоимостью свыше тридцати тысяч долларов, а автомобиль самой последней модели — я видела его у входа в ресторан.
Как у обычного среднестатистического гражданина, возникают вполне закономерные вопросы. Но, впрочем, мне не должно быть до этого никакого дела. Если совесть позволяет — то ок.
— Не-а, — спокойно отвечает Саша. — Телефон на столе, Полина. Если позвонит — услышишь.
Открыв шторку, к нашему столу подходит официант.
— Прошу.
Я вспыхиваю, мечу взгляд в Журавлёва. Тот вскидывает руки в воздух, будто ни при чем.
Возможно, я и родилась в ебенях, но не до такой степени дремучая, чтобы не догадаться, что заказ с лёгкостью можно оформить с помощью QR-кода, установленного на столе.
— Я не хочу чай, — резко отвечаю. — И «Наполеон» тоже.
Хочу домой. В безопасность, в свою квартиру. К Наилю под бок.
Необязательно быть сверхумной, чтобы понять одну простую истину — Саша банально потешается надо мной и умело ведёт в игре, пользуясь собственным выгодным положением, в котором случайно оказался.
— Не могу спокойно трапезничать, когда ты — нет. Чего хочешь, Полина?
Официант напряженно застывает, опустив поднос. Терпеливо ждёт. Наверное, со стороны может показаться, что я законченная истеричка, если не быть в курсе всей предыстории.
— Вино, — наконец, сдаюсь. — Бокал игристого, будьте так добры.
— Вот, — удовлетворённо кивает Журавлёв. — Наш человек.
Шторку, скрывающую нас от внешнего мира, к счастью, не трогают. Ни чай, ни десерт не уносят.
Я отодвигаюсь на край дивана, подальше от стола. Снимаю с себя пиджак, оставшись в чёрной майке на тонких бретелях.
Жарко. И адски неловко. Накал чувствуется кожей и немалыми дозами просачивается в кровь, отчего сердцебиение сходит с ума: то замедляется, то вдруг учащается.
Возможность посмотреть по сторонам, куда-то помимо Саши, здорово облегчает задачу.
Я остаюсь на месте. Прохожусь взглядом по клиентам заведения, закинув ногу на ногу. Ясно даю понять, что если бы не дурацкое безвыходное положение — ни за что не находилась бы здесь и сейчас.
— Тебе настолько неинтересно со мной? — интересуется Журавлёв, пододвинувшись на диване и сев ровно напротив.
??????????????????????????Поза свободная, расслабленная. Верхние пуговицы белой рубашки расстёгнуты, рукава закатаны до локтя.