Ловили их — страсть как! Дома предавали огню, рождённых таким образом детей убивали нещадно, а колдовские тёмные книги сжигали на площадях, дабы ни у кого не возникло и тени желания заниматься самой тёмной магией — магией крови."
"Токмо не надоть думати, что колдунцы енти — безобидные лошкари. Слыхал я, будто один такой ведьмак, узнавши, что его жену и сына сожгли при всём честном народе, отравил деревенский колодец, наслал, выходит, чёрную смерть. Люди, для того, чтобы спастись от мучительной гибели, покидали свои дома и шли искать защиту от бед в столицу, где государь, да школа магическая, опять же…
Только ничего они не дождалися — ишшо задолго до столицы, как прознали про то, так зараз и выслали боевых магов и стихийников — огневиков, вот те и пожгли людишек-то! Потому как неча заразу разносить! Чёрная смерть — она такая, не спрашивает, хто тута благородных кровей, а хто крестьянин…
Донатий продолжал нести ужасы про тех учёных, евгенистов, и про Орден Чистой Крови, который пришёл и спас всё человечество от полоумных магов, но я уже не очень-то его слушала.
Где-то далеко занимался рассвет, домовой устало закончил своё повествование, да и мы были не в лучшей форме — уже сутки на ногах. Но мы упрямо поднялись на ноги, и пошли обратно. Перво-наперво, мы решили вернуться к избушке деда Юрася, сообщить ему, что наша попытка не удалась с первого раза, и попросить совета, как ещё можно попасть в Славию.
В лесу уже совсем рассвело, когда мы вышли из него на окраину какого-то дачного посёлка. В ближайшем к нам доме горел свет.
Собственно, так и произошло — мы постучались в сельский дом, нас не только запустили, но и радушно приняли. Пожилая женщина сообщила, что она и есть хозяйка дома, предложила нам завтрак и отдых. Признаюсь честно, мы были очень благодарны за такой приём, поскольку очень устали, и не имели понятия, как далеко от нас останавливается электричка.