— Вы когда ведро опустите, переверните его набок, чтобы зачерпнуть хоть немного, а потом оно само наполнится. По законам физики.
— Ты физик? — Рита сразу перешла на ты, и он немного застенчиво кивнул в ответ.
— Ну, почти. Я учусь в Военмехе, а там хватает и физики, и математики. Кстати, я — Гриша, а вас как зовут?
— Рита. И знаешь, давай на ты.
— Давай! — Он явно обрадовался. — А то здесь одни старики кругом. Не с кем словом перекинуться. — Он скорчил потешную гримасу. — Вон там, через дорогу, профессор Гомонов. Не советую общаться — бесполезно.
— Ужасно!
— Вот-вот. Спасибо за понимание. — Гриша поднял ведро и понёс к дому, плеща через край на белые кроссовки. — Ты надолго приехала?
— На всё лето.
— Это да. И грибов много. Особенно подосиновиков и лисичек. Правда, сейчас ещё рано для грибов, но можно просто так до источника прогуляться.
— А что за источник?
— Родничок. Ты если надумаешь прогуляться, то дорогу спроси, а то заблудишься, его нелегко найти.
Дойдя до крыльца, он опустил ведро на ступеньки и помахал рукой любопытным мордашкам Гали и Ромы, приплюснутым к оконному стеклу.
— Твои? Мать говорила, что у тебя двое детей.
— Мои. Но я не буду показывать тебе фотографии.
Гриша засмеялся:
— От тебя я бы, пожалуй, вытерпел. — Он провёл ладонью по перилам, словно проверяя их гладкость. — А муж позже подтянется?
— Я вдова.
— Извини.
— Не за что. Ты же не знал. Люди умирают, так бывает.
— Да, бывает. — Он посмотрел себе под ноги, явно не зная, о чём говорить дальше.
Лёгкий ветерок пузырём надувал ему футболку на спине и ерошил короткие волосы. Непонятно почему, Рита вспомнила островок с весенней мать-и-мачехой и мужчину на пути к остановке.
Чтобы прервать неловкую паузу, Рита хотела пригласить Гришу на чашку чаю, но её остановила мысль о бедламе в доме и о том, что пора пускаться на поиски дров, потому что в дровянике лежит лишь несколько полусгнивших поленьев.
Она сокрушённо развела руками:
— Хотела бы пригласить тебя на чай, но мне надо бежать распаковываться. Столько дел, что за неделю не справиться.