Знаю, что это эгоистично, но ничего не мог с собой поделать. Неужели судьба решила сыграть со мной злую шутку? Я выжил в авиакатастрофе для того, чтобы стать побеждённым вирусом иммунодефицита.
— Не расклеивайся, зай, — попросил я. Все-таки женские слёзы — это ужасно. Какова бы ни была причина.
— Извини. Чувствую себя хуже некуда. Все это время места себе не находила, не знала, как тебе сказать, — утирая слезы тыльной стороной ладони, пробубнила она. — Ты имеешь полное право меня ненавидеть.
— Знаешь, я ещё не пришёл в себя после аварии, так что давай повременим со всем этим, — попытался улыбнуться.
— Сдай, пожалуйста, тест и напиши мне. Через три месяца тебе придётся сходить ещё раз и, чтобы наверняка, через полгода. Надеюсь, у тебя все будет хорошо, — она все-таки смахнула блестки с моей груди и сделала робкий шаг назад.
— Не переживай, уверен, я здоров как бык, — слабо веря в свои слова, заверил я. Не, ну а что мне оставалось делать? Наброситься на неё с обвинениями? Мы оба виноваты.
— Пожалуй, мне нужно привести себя в порядок, скоро мой выход.
— Да нет, все в порядке. Ты красотка, — я направился к выходу вслед за ней, решив больше не задерживать ни ее, ни себя. — Знаешь, я даже позавидовал сам себе, когда увидел тебя возле шеста[A1] [A2] .
— Ах-хах, дурачок, — наконец-то вполне искренне улыбнулась она.
Мы попрощались, и я уехал домой. В эту ночь долго не мог уснуть. Ползал по интернету, зачитываясь статьями о ВИЧ-инфекции.
И все бы хорошо, вот только у нас с Рамазаном это было впервые. А если учесть его размер, наш контакт вполне мог сопровождаться механическими повреждениями. К тому же спринцевание перед сексом и отсутствие обрезания у мужчины, согласно данным исследования, повышали риск заражения.