Чувствую я, что ничего не кончилось, а моя чуйка…
— …меня никогда не обманывает, — продолжил я одну из любимых его присказок.
— Именно, — подтвердил он. — И всюду с охраной. Только с охраной. А то знаю я твои штучки, когда в детстве охрана седела, когда ты от нее ухитрялся прятаться.
— Я представляю, как в нумерах будет стоять Саныч и смотреть на…
— Я же говорю, что твоя извращенная молодая похоть делает с тобой…
— Да все нормально. Шутю я так, — усмехнулся я.
— Может, когда-нибудь и повзрослеешь, — вздохнул брат.
— Я изо всех сил стараюсь оттянуть этот момент. Надо жить не спеша и наслаждаться каждым моментом в жизни, даже гормональным взрывом.
— Ну-ну, смотри не взорвись окончательно, — усмехнулся брат.
— За это можешь не беспокоиться, — заверил его я.
— А вот, кстати, — он посмотрел на уголок стола. — Ты что-нибудь заказывал? А то приехал курьер от Чижова и привез пакет на твое имя. Если нет, то…
— Да пусть охрана вскроет пакет и проверит. Заказывал. Кобуру под твой подарок.
— Ну можешь забирать, — кивнул он. — На этом все, я тебя больше не задерживаю. И ты меня тоже не отвлекай…
— …Мне надо зарабатывать деньги, — подхватил я его мысль.
— Именно. Так что свободен.
— Ладно, тогда встретимся за обедом.
— Вряд ли, — он посмотрел на стол. — Скорее, за ужином. Некогда заниматься чревоугодием, когда дела ждут.
— Вот поэтому я и не лезу в бизнес, чтобы иметь хоть минимум свободного времени.
— Куда ты денешься…
Глава 5
Васькин лимузин притормозил сразу же за моим, выпустив его из своего бронированного чрева.
За сутки Лопухин-младший похорошел, болезненный румянец со щек сошел, да и лангета куда-то делась.
— Что, уже все? — кивнул я на его руку вместо приветствия."
"— И тебе привет, Пракс, — слегка поморщился он. — Еще побаливает, но рана уже затянулась, родовой целитель поправил Оболок. Завтра уже и не вспомню.
Да, местные целители творили чудеса. У нас при таком ранении он бы еще долго ходил с повязкой и мучался от последствий попадания в рану лохмотьев разорванной пулей одежды.
— Ну что, пошли? — он поправил гимназическую фуражку с молвинцом Китовраса на тулье.
— Пошли, — согласился я.
У площади перед Школой резвились молодые студенточки, радуясь весне, стояли группки молодежи, сбившиеся по интересам… Словом, все как обычно. Но не совсем.