Я продолжала сидеть в дальнем шкафчике и рыдать, листая новостную ленту. Почему-то думала, что если перестану скролить, то пропущу известие о чудесном спасении.
Самостоятельная жизнь ломала меня. По частям разносила душу, уродовала тело, изматывала сердце. Всё чаще вспоминала родной дом, свою уютную комнату на чердаке, фотографии в белых рамочках, вдоль лестницы. Огромный каменный камин, в щели которого мы с мамой каждый год прятали копеечки, загадывая желания. Я даже соседей вспоминала! Наши шумные компании, праздники, танцы… И пирог с клюквой, присыпанный сахарной пудрой.
А что у меня есть сейчас?
Одиночество и тьма.
Быть может, Лариса права? И я всё себе надумала? Быть может, это моя вина? Нужно было согласиться на этот брак, и тогда никто бы не пострадал?
– Арина? – знакомый и такой родной голос ворвался в путаницу мыслей так стремительно, что я даже вздрогнула.
– Рустам! – бросилась к нему на шею, прижалась и зарыдала. – Папа… Папа…
– Я знаю, Ариш, видел новости.
– Мне нужно к дяде Андрею, – я направилась в сторону метро, но Рустам одёрнул меня. – Он пообещал дать мне ключи от квартиры, где я могу пожить, пока отца не найдут.
– А чем тебя моя квартира не устраивает?
Рустам был странный.
– Арина, кто такой вообще этот дядя Андрей?
– Он родственник отца, – я тянула его за рукав, утягивая к метро, но тот не шевелился. – Ой… Прости, ты, наверное, устал? Езжай домой, а я сама доберусь.
– Арина, блин! – взвыл Рустам и подтолкнул меня к припаркованной машине. Внутри всё сжалось! Смотрела на мутные створки станции метро, пыталась вырваться из крепких рук друга, но не получалось. – Садись, и поедем. Сам отвезу тебя к этому родственнику, что за почти два месяца не связался с тобой."
"– Я просто не звонила ему, – почему-то оправдывалась, осматривала машину, понимая, что даже не подозревала о том, что у Рустама она есть.