Заднее сиденье было завалено небольшими упакованными коробками, на боках красовался логотип кофейни, в которой работал друг. – Вернее, я не смогла дозвониться до него, а у него не было моего номера.
– Хорош родственничек, – Рустам закурил и вклинился в поток автомобилей. – Да он же решил тебе помочь только потому, что отец пропал! И ещё не понятно, чья в случившемся вина? А вдруг это из-за экипажа? А вертолёт тоже числится за его фирмой. Всё же ясно! Он просто боится, что ты в суд пойдешь, что репутации навредишь.
– Рустам, – я поморщилась, потому что от его слов голова готова была лопнуть, как воздушный шарик. – Мне сейчас правда не до разговоров. Хочу поговорить с ним и узнать, что известно на данный момент.
– Но это глупо! – Рустам ударил рукой по рулю и слишком резко вильнул, перестраиваясь из одной полосы в другую.
Он изливал тонны мата, что-то кричал, размахивал руками… А я не узнавала своего друга. В какой-то момент мне стало страшно.
Вжалась в кресло, слушала тираду, жмурясь при каждом вилянии его автомобиля.
– Чёрт! – взревел Рустам, и через мгновение автомобиль швырнуло так, что я дёрнулась по инерции, впечатываясь головой в стекло. По салону заметались коробки, заваливая меня с головой, я пыталась убрать их, старалась понять, что произошло, но ничего не получалось.
Боль растеклась по венам. Перед глазами всё расплывалось, в уши будто вату напихали.
– Арина! Арина! – истошно орал Рустам, вот только голос его был таким далеким, глухим, почти ненастоящим. Словно пластинку на дедулином патефоне слушала.
Меня кто-то потряс за плечо, вызывая вспышку боли.
– Ай!
– Вы в порядке? Скорую вызвать?
Кое-как разлепила слипшиеся веки. Прошлась рукой по лицу, ощущая, как пальцы вязнут в крови.
– Нет… Я в порядке.
– Девушка, у вас кровь идёт. Давайте я помогу. – Он хмыкнул, явно не соглашаясь с моим решением. – Марат, подойди! Посмотри, что с девчонкой? Все лицо в крови.
– Арина? Арина! – у искорёженной водительской двери топтался Рустам. – Всё хорошо? Скажи, что всё хорошо! Ты меня слышишь? Видишь? Помогите ей!
– Да, нормально… – я еле могла пошевелиться.