Одна ночь

Я продолжила представлять его ласки, уже не пытаясь сдержать стонов. Однако хлопнувшая дверь комнаты заставила меня резко вернуться на землю. Открыла глаза и, встретившись с жадным взглядом карих глаз, попыталась прикрыться от него.

– Можешь ненавидеть меня ещё сильнее, – прохрипел он, приближаясь.– Но я не оставлю тебя сейчас одну.

Подойдя к кровати, он дернул меня за бедра к краю постели. Я же, хрипло вскрикнув, впилась ногтями в его запястья.

– Я только помогу, Ангел, – хрипло пообещал он, сдергивая с меня трусики.

Наверное, я – порочна, но сил на сопротивление уже не осталось.

Опустившись на колени, он закинул мои ноги себе на плечи. И поддавшись вперед, поцеловал мой живот. Застонала в голос от яркого удовольствия, а Дима проложил узкую тропку языком, опускаясь к промежности. Раздвинув губы, он начал играться с клитором, выводя замысловатые узоры на нем и губах. А я хрипела и стонала от острых ощущений. Оргазм не заставил себя ждать. И я закричала в голос от нереального экстаза, что накрыл меня.

Мышцы все ещё сокращались внизу, когда я поняла, что невыносимая агония прекратилась.

Со смущением осознала, что в процессе, зарылась рукой в его волосы, прижимая сильнее к себе. И тут же отдернула руку, будто от огня. Дима поцеловал мое бедро, а после косточку внизу живота и впадинку над пупком.

– Меня пока отпустило, – сипло отозвалась я, пытаясь чуть отодвинуться. – Теперь я спокойно дождусь Витю. – Дима поднял голову, с досадой глянув в мои глаза. Намек, что больше в его помощи я не нуждаюсь, ему явно не понравился.

Выдохнул и сказал поразительно спокойным тоном.

– Ты слишком долго терпела, поэтому накатить снова может в любой момент.

На пару секунд закрыла глаза, чтобы не застонать от отчаяния.

– И как долго продлится это состояние? – все ещё сипло спросила я, когда Дима снова поцеловал мой живот, скидывая мои ноги с плеч.

– Часов 6-8, – хрипло ответил он, поднимаясь. При этом он не отводил темный взгляд от моего лица, следя за моей реакцией. Я же поспешно отползла назад, мне категорически не понравилась решимость, что была в его взгляде.

Про царившее там вожделение вообще молчу. И только тут сказанное дошло до меня. Твою же мать!

Дмитрий присел на постель сбоку от меня и чувственно погладил мой живот, прежде чем сдернуть топик с меня.

– Эй! – возмутилась я, шлепнув его по рукам, которые он уже к бюстгальтеру протянул.

– Перестань, Оль. – попросил он. – Сейчас тебе будет мешать любая одежда на тебе, все твои рецепторы обостренны от мушки.