Хотела попросить перерыв, но поняла, что тело уже начинает откликаться на такой примитивный позыв. Более того я начала двигаться навстречу его толчкам, желая почувствовать его ещё глубже и сильнее. И в этот раз пика наслаждения достигли мы вместе.
Очнувшись, поняла, что Дима зацеловывает мое лицо: щеки, нос, глаза, лоб, постоянно возвращаясь к губам.
– Оля – ты такая красивая, – прошептал он. – И невероятно притягательная, я с первых секунд залип на тебе взглядом. Но ты меня совсем не замечала, и я решил не мешать твоему счастью с Витей.
– Не надо, – попросила я. – Больше не хочу и слова слышать про «отпустит». От мужа устала выслушивать эту теорию одержимости, проходящей после секса. И, нет, не прощу. Ни тебе, ни Вите ту ночь. И говорить про неё не хочу, так как ничего уже не исправишь. Ящик Пандоры открыли вы, я заглянула, а итог… Знаешь, почему Мальцев так осмелел? Он был уверен, что Витя ему не поверит, если я расскажу про мушку. Никита понял, что я не такая уж и верная жена по моему промедлению с ответом на той игре.
С каждым моим словом Дмитрий мрачнел все больше. А в конце вообще отодвинулся и, отвернувшись, сел на кровати. Переборщила с претензиями? Я поморщилась и села на кровати. Какая красивая у него спина. Не удержавшись от искушения, провела пальчиками вдоль позвоночника. А потом и ткнулась между лопатками носом, втягивая его запах всей сутью. Возможно, завтра я пожалею о случившемся, но сейчас он – мой. Пусть и не узнает об этом.
Я не отнимаю у Ани мужа, не забираю у их ребенка отца. Я просто буду с ним на несколько часов, о которых он никогда не напомнит. А я постараюсь не вспоминать, чтобы не думать о том, что могло бы быть между нами, если бы Аня не подсуетилась с ребенком.
Я обняла Диму со спины, пальчиками погладила напрягшийся пресс. И так, вырисовывая узоры на его животе, спустилась вниз до уже твердого члена. Пораженно выдохнула, отчего Дима тихо усмехнулся.