Илона хмыкнула и поспешила перевести тему, она тоже попробовала свое пирожное.
— Ну, я же говорила, пальчики оближешь!
— Да, съедобно, — пробормотала я.
Я посмотрела в окно на заходящее солнце, ветер не унимался, а, наоборот, превращался в штормовой. Недавно слышала прогноз, синоптики обещали скорый циклон. Впрочем, немудрено после такого ветра.
Я снова повернулась к собеседнице и подвела итог.
— Раз уж ты отсмеялась, а я перебесилась, теперь мы можем поговорить.
— Разумно, — согласилась та. — Спрашивай.
Я всегда поражалась наглости некоторых людей, похоже, Илона тоже излишней скромностью не страдала. Подумать только, она меня сюда вытащила, в прямом смысле привезла и усадила, а теперь, оказывается, это не она хотела мне что-то рассказать, а я должна была что-то спросить.
— Зачем мы здесь? — повторила я свой вопрос, заданный несколько минут назад, но уже совсем другим тоном — спокойным.
— Начистоту? — прищурилась она.
— Начистоту, — я все еще хорошо держала себя в руках.
— Ладно, — Илона вздохнула, будто ее принуждают сделать что-то, чего она ужасно не хотела.
— Самая весомая из них? — спросила я, словно прокурор на суде.
— Ну-у, — она пила чай и смотрела на меня, из-за чашки я видела только два черных глаза, намеренно злила и медлила, я не сомневалась.
В ответ на провокацию я улыбнулась:
— Битья посуды не будет, можешь не стараться.
— Эх… — Илона снова вздохнула, на этот раз, кажется, не наигранно. — Как я и говорила, причин несколько.
Ей все же удалось поколебать мое спокойствие. Я удивилась. Владимир Петрович? Он-то тут причем? А потом я снова расслабилась, и чего, я спрашивается, удивляюсь? Куда же без старого кукловода?
— И о чем же он просил? — сама собой в этот момент гордилась, лицо спокойное, голос ровный.
Илона хмыкнула, отметив и это.
— Ничего особенного, — ответила она. — Старик волнуется за тебя. Говорит, ты постоянно напряжена, делаешь успехи, но от этого еще больше замыкаешься в себе.
— Не единственная, — возразила я. — Есть еще Леночка."
"— Вот и я ему об этом сказала, — согласилась Илона. — На что он мне ответил, что если он попросит об этом ее, закончится все Леночкиным смертоубийством. Как он выразился, не твоего поля она ягода.
— Какая проницательность, — пробормотала я.