— Когда я была в твоем возрасте, тебе уже было три годика."
"Я откинулась на спинку сидения и закрыла глаза. Больше всего я ненавидела разговоры на тему моей личной жизни. В такие минуты я чувствовала себя старой, даже не просто старой по возрасту, а одинокой старой девой, в жизни которой ничего не осталось, кроме работы.
— Изольда? — испугалась мама моему затянувшемуся молчанию. — Изольда, ты обиделась?
— Нет, мам, — без запинки соврала я, — все нормально. Мне некогда, давай, я потом перезвоню?
Мама вздохнула, но согласилась.
Я закончила вызов и зашвырнула телефон на заднее сидение, потом прижалась лбом к холодному рулю и просидела так несколько минут. Как же я ненавидела свою жизнь в этот момент! А самое страшное, что ни повышение, ни уважение начальства ничего не изменят. И дело не в одиночестве, не в неустроенной личной жизни, дело во мне. Я совершенно потеряла вкус к жизни.
Я глубоко вздохнула и открыла глаза.
С тарзанки, что ли, прыгнуть, чтобы хлебнуть адреналина и почувствовать вкус к жизни? Или на американских горках прокатиться?
Я улыбнулась абсурдности своих мыслей и покатила по адресу, который дал мне Лосев.
Я плохо представляла, что могу ей сказать, чтобы убедить в своей точке зрения, но я решила хотя бы попробовать. В любом случае, когда после провалившейся попытки, мне все же придется уволиться, по крайней мере, я смогу утешить себя мыслью, что сделала все, что было в моих силах.
Как ни странно, дорога в этот час была почти пустой.
Ветер в лицо не помог, клонило в сон, а предстояло ехать через весь город.
Я включила радио, но от этого стало еще хуже, оттуда полилось нечто заунывное и нагоняющее тоску пуще прежнего, я переключила волну, ну и там молодая начинающая певица жаловалась на несчастную любовь и тоску. Петь им, что ли, больше не о чем? Пролистав пять радиостанций, я нашла только песни о разлуке, потерях и одиночестве.
На одной из волн шли новости, это оказалось еще хуже депрессивных песен. Рассказывали о маньяке, появившемся в нашем городе. Уже было найдено несколько изувеченных тел, перед смертью людей, похоже, пытали.
Окончательно расстроившись, я выключила радио, и поехала под звук ветра.
Погода портилась, небо затягивали темно-фиолетовые тучи, в воздухе чувствовалась влажность. Обещали очередной циклон.