Уэйнстейн покосился на кофейник, однако ван Хорн сделал вид, что не заметил и даже не предложил ему присесть. Он был зол на себя за вчерашний срыв и отчасти винил в этом секретаря, который довел его почти до истерики своим докладом. Конечно, это было несправедливо, но где сказано, что босс должен быть справедливым к своему подчиненному?
— Нам удалось м-м… пригласить для беседы одного из приближенных господина Сигевару, некоего Роджера Мышкуна, — начал Уэйнстейн, — он отвечает, вернее, отвечал за доставку из развалин органического материала, то есть под его руководством проводились рейды в развалины.
— Предупреждение? Ах да, припоминаю. Господин Сигевару предупреждает один раз, после чего очередной прокол становится последним. Однако избавьте меня от подробностей, Сеймур — я еще не завтракал.
"— Из всего мусора, что высыпал на нас под ментоскопом Мышкун, внимания заслуживает вот что: шесть месяцев назад в развалинах произошел очередной всплеск необоснованных убийств. Мышкун организовал рейд, добивая выживших и подбирая трупы. Как вы знаете, сбор органики был основной частью дохода клана Сигевару, поскольку лаборатории по клонированию по его мнению обходятся слишком дорого.
— Еще бы, — ван Хорн насторожился, — но, кажется, он пропал несколько лет назад?
— Абордажник сообщил Мышкуну, что знает, где скрывается Керрор, и под этим предлогом предложил обмен: вы мне жизнь, я вам — Керрора. Пират был нетранспортабелен, Мышкуй побоялся принимать решение и вызвал на место кого бы вы думали?
— Викторию Салливан, — проворчал ван Хорн, — и прекратите задавать мне ваши дурацкие загадки.
— Абордажника поместили в один из модификационных госпиталей и мисс Салливан в присутствии Мышкуна провела допрос. Пират отказался отвечать, пока не получит гарантий и ей вроде бы тоже пришлось отступить, а через несколько дней она уволилась от господина Сигевару. Если это можно так назвать.
— Можно, Сеймур, можно, — проговорил ван Хорн.