Девчонка тяжело дышит.
И, на удивление, запускает свои пальчики в мои короткие волосы и слегка сжимает их.
Блять. Я кончу в штаны.
Провинциалка выгибается, задерживает дыхание. А я присасываюсь как пиявка, пока руки сами нащупывают собачку на юбке. Такую маленькую, что я невольно дёргаю её – и она отлетает, отрываясь.
Отстраняюсь, пытаясь исправить ситуацию.
— Это была единственная нормальная юбка… — с сожалением проговаривает.
— Похрен, — впиваюсь в ткань, разрывая молнию. Юбка отправляется в утиль. — Ничего такие трусики, недотрога.
Последние слова кидаю с издёвкой. Потому что трусы явно не для такой правильной девочки… Чёрные, полупрозрачные. Я вижу даже манящие складки провинциалки. И маленькое пятнышко влаги.
— Больше ничего нет!
— Не вижу в этом ничего такого, — серьёзно выдаю. Аккуратно снимаю бельё. Разорвал бы ко всем чертям, но я ещё хочу посмотреть на неё в полном комплекте. Купить новый не проблема, но это проклятое ожидание… — Красиво ведь.
Особенно то, что я вижу, после того как оставил Ульяну полностью обнажённой на столе.
Прикрывает грудь светлыми волосами. Пытается свести коленки вместе. Но не может. Я стою прямо между её ног, мешая и разглядывая девичье тельце. А она озирается по сторонам, кого-то разыскивая.
Прилив ревности заставляет сжать её бёдра, уткнуться взглядом в ложбинку между ног.
— Ты ждёшь кого-то ещё?
Гладкая и мокрая киска вызывает очередной прилив крови к члену. И желание дотронуться пальцами, а потом языком…
Блять. Куни делал несколько раз в жизни.
Пиздец.
Как надо от бабы с ума сходить!
Торкнуло меня.
— Нет, просто окна без занавесок, и… — лепечет впопыхах.
— Не бойся, мы здесь одни, — веду ладонями по бёдрам, по бархатистой коже.
— Точно-точно?
— Точно.
Внезапно её пальцы оказываются на моей футболке. Тянет за неё вверх.
— Ни хрена себе, провинциалка, — хриплю от её уверенности. — Я тебя покусал, что ли?
— Просто если нас увидят, — пыжится, раздевая меня.
Смешок изо рта вылетает.
Спортивки падают на пол, и я перешагиваю их.
Не успеваю ничего сказать, как замечаю сосредоточенный взгляд на своих боксерах. Она меня пугает! Где моя нерешительная провинциалочка? Но мне нравится, что, хоть и боится, все равно участвует, а не лежит бревном.
— Снимай, — проговаривает серьёзно. А затем закрывает глаза ладонями. — Я смотреть не буду.