Упираюсь руками в твердую как камень грудь и смущенно бормочу: — Что ты делаешь? Нас увидят!
— Кто, Аля? Здесь только персонал. И я еще ничего не успел сделать, — ухмыляется Асадов.
— А персонал разве не люди?
— Поверь, они уже такого насмотрелись, что наши невинные объятия для них просто как фон, — убежденно говорит Артем, и я со вздохом соглашаюсь. Если в нашем отеле для молодоженов чего мы только не видели, то что говорить о таком романтичном месте на морском курорте?
Мы сидим на террасе уютного ресторанчика, нависающего над морем в виде утеса.
На весь ресторан мы с Артемом одни, Асадов полностью выкупил его на целый вечер. Он и кафе выкупил, как оказалось, куда я пришла на свидание.
Когда мы с Артемом выплыли на поверхность, к нам на помощь одновременно прибыли два катера — один со спасателями, второй с его охраной. Нас втащили в катер и отвезли в ресторан.
Обоих проводили в комнаты для персонала и выдали по комплекту чистой одежды, предназначенной для работников кухни, а нашу, мокрую, развесили сушиться.
Слишком красивый вид на море открывается с этой террасы. Слишком пахнут неизвестные, но очень красивые кустарники, высаженные вокруг. Слишком горячее дыхание окутывает мне шею. И все труднее мне всему этому сопротивляться…
— Давай проведем эксперимент, — предлагает Артем, — а заодно проверим мою теорию.
— Какую еще теорию? — бубню я. Все равно не собираюсь прощать его так быстро.
— О неизбежности нашего брака.
— Чушь, — фыркаю, но он настойчиво пододвигает ко мне телефон. Я оставила его в кафе вместе с сумкой, и это спасло ему жизнь. У Асадова телефон оказался в непромокаемом футляре, и я еще спрошу его, не было ли запланировано наше купание. А пока лишь плотнее затягиваю плед. — Что я должна делать?
— Выбирай на сайте знакомств любого. Рандомно, прямо сейчас.
Почему бы и нет? Лайкаю пожилого джентльмена, совсем юного студента в круглых очках как у Гарри Поттера, полноватого любителя гамбургеров, мужчину с собакой и пожарного.
Артем смотрит в экран, сведя брови над переносицей, и я невольно им любуюсь. А ведь он прав, он даже в костюме ананаса меня сразил.
— Что я говорил! — заключает он удовлетворенно и поворачивает экран ко мне. — Четыре из пяти.