Так может биться только живое страстное сердце. Но просто его сердце… Оно бьется не от чувств, а от азарта, наверное. Как у охотника. Кто-то испытывает счастье кормя птиц, а кто-то — стреляя в них. Но и тот и другой честно и уверенно скажут, что любят птиц. Просто… по-разному.
И Рафаэль ко мне неравнодушен, это факт. Не верю, что мотив деньги. Он хотел поиграть… Выбрал максимально сложный квест. Вот и все! Мне даже не хочется плакать. Мне сухо, пусто, бессмысленно. Очень сложно мотивировать себя на то, чтобы встать и что-то делать.
Но так будет не всегда. Надо пережить.
В школу я вернусь только в июне, сдам отдельно от всех экзамены. Как-нибудь…
— Дина, — постучав в комнату, заглядывает Алла. — Мама приехала."
"Я ей позвонила. Попросила меня забрать. Иначе, охрана не выпустит с территории школы. А у меня нет сейчас сил искать лазейки, сочинять легенды и прочее.
Куда я иду? Я иду вникуда.
Надев бейсболку и рюкзак, захлопываю комнату.
Не видя никого иду к выходу.
— «Номер одиннадцать», — негромко стебут меня между собой парни в холле.
Я понимаю, о чем они. Но мне все равно — один, одиннадцать или сто одиннадцать. И — да. Я номер одиннадцать.
За КПП стоит наша машина. Я выхожу за шлагбаум открываю дверцу на заднее.
— Дина! — издалека.
Но я узнаю голос. Это он. От его голоса все вспыхивает, словно панической атакой. Живот и грудь взрываются и немеют от тяжести. Пульс разгоняется. По загривку омерзительные мурашки.
Не хочу… Чего бы тебе не было нужно от меня — на все «нет». С меня ты больше не пожрешь.
Не оглядываясь, сажусь в машину.
— Поехали.
Закрывая глаза, закидываю голову на спинку сиденья.
— Я, очень рада, что ты одумалась, Дина! — щебечет мама. — Мы еще успеем нагнать. Через неделю будут спортивные сборы олимпийский сборной. И я выбила для тебя место там. Спонсоры хотят только тебя, на спортивных тематических каналах максимальный трафик на твою персону.