Операция 'Одиночество'

Она же любит тебя, ты можешь это понять, придурок? А эта б... крутит тобой, как хочет.

- Слушай, Рич, если хочешь вести душеспасительные беседы, придерживайся лексикона пастора, иначе заткнись.

- Я могу назвать ее женщиной, моральный облик которой не соответствует нормам нравственности, принятым в цивилизованном обществе, но это будет чрезмерно длинно и не так выразительно - усмехнулся Рич. - А так получается коротко, ясно, и по существу.

- Знаешь, мне и без твоих лекций тошно.

- Лучше бы тебя от чего-то.

.. вернее, от кого-то другого тошнило. Я не понимаю, как ты вообще можешь сравнивать Джоанну и эту... женщину.

- Когда я ее вижу, я вообще не способен к сравнениям. Знаешь, Рич, Клай способна любого мужчину свести с ума.

- Меня же не свела.

- Она за тебя не бралась. Может, я в чем-то и согласен с тобой... когда ее нет рядом, а потом все трезвые мысли куда-то прячутся.

Внезапно Рич рванул Дика за рюкзак, отбросив его назад на несколько метров. Одновременно огненный луч с шипением вырвался из его бластера и ударил в основание ближайшего дерева, которое по виду ничем не отличалось от других.

Грохнувшийся на пятую точку опоры Старк с удивлением смотрел, как ствол разделяется на две части, одна из которых осталась стоять, а вторая, больше похожая на плоскую зеленую ленту, устремляется к непоколебимо стоящему на ее пути немцу. Через мгновение все было кончено.

- Ленточная змея - спокойно сказал Ауэрбах, выключая вибромеч. Вот же, блин, не попал... Признаться, пальнул просто так, что-то мне утолщение на стволе не понравилось.

Хак ей не по зубам, но ты, влюбленный идиот, идешь по лесу с открытым забралом. Один укус, и нам пришлось бы выбирать себе другого командира.

- Я твой должник, Рич.

- Брось, парень. Хотя... должник, говоришь?

- Все, что угодно!

- Ладно... Значит так, после возвращения на базу обещаешь месяц не нырять к этой... гадюке под одеяло. Слово?

- Рич...!

- Ты сказал - ""все, что угодно"". Слово?

Дик ненавидящим взглядом посмотрел на товарища, хотя в глубине души понимал, что прямолинейный немец желает ему добра, по крайней мере со своей точки зрения, и использует для этого подвернувшуюся возможность.

Он глубоко вздохнул, стараясь взять себя в руки.

- Ладно...

- Ни с места! - голос, раздавшийся за их спинами заставил Дика обернуться как ужаленного и лишь в последний момент он удержался, чтобы не спалить все вокруг себя. Рич тоже занял боевую позу, ствол бластера лихорадочно искал цель.