Я шагаю следом за мужчиной. Ректор Райнар застывает там, где должен был стоять Синн. Роли поменялись.
Подхожу к постаменту, отпуская собственную силу, позволяя ей слиться с той, что растревоженным роем огненных пчёл гудит в воздухе.
– Род мой, я пришла. Прими меня, – раскидываю руки, открываясь полностью.
И силовые потоки поднимают моё тело в воздух, словно невесомую песчинку. Отвергаю страх. Отвергаю сомнения. Я делаю то, что должна. Что мне предначертано.
– Род мой, я в твоей воле. Признай меня.
И отпущенная магия бъёт меня в солнечное сплетение, возвращаясь, захлёстывая, заставляя запрокинуть голову в беззвучном крике.
– Род мой, я принимаю свою судьбу. Дай мне силу её исполнить, – хриплю я.
Меня притягивает к Зирху.
"Мужские руки чертят на моём лице магические защитные символы, тогда как меня саму переполняет почти болезненное притяжение. Магия зовёт меня. Магия жаждет получить воплощение. Во мне.
А потом на моих обнажённых ступнях смыкается кожа и сталь саботонов. Вместе с неожиданным теплом меня прошибает первой волной. Сокрушительной. Невыносимой.
Я забываюсь в этой агонии, уже едва отмечая, как постепенно облачается моё тело в древний артефакт. Наголенники, набедренники, наколенники. Чьи-то сильные руки методично, уверенно и спокойно крепят части доспеха, стягивают ремешки. А мой разум пытается взять верх над постепенно наращиваемой мощью. Я чиста сердцем. Я принимаю…
Передо мной возникает мужская фигура, на миг я тону в грозовом небе чужих глаз.
– Готова?
Он знает. Чувствует, потому что я позволила. Этот вопрос для меня.
– Да, – облизываю пересохшие губы. Собирая силы. Поднимаю руки выше.
На моё тело с металлическим шелестом опускается тонкая, почти невесомая кольчуга… В лёгкие врывается лёд пульсирующей в воздухе магии.
Знала ли я, что будет так больно? Знала ли… соглашалась ли… зачем… Должна. Принимаю.
Перчатки... Наручи… Наплечники… Сжигающее дотла пламя в крови…
– Ты справляешься, принцесса, – доносится до моего затуманенного сознания уверенный голос.