Но при чем тут его сын?!
– Не уверена, – недоуменно пробормотала я.
Он развернул ко мне монитор своего компьютера, с которого улыбался симпатичный молодой человек. Пожалуй, даже слишком симпатичный. В его позе, в улыбке, во взгляде явно читалось, что он очень доволен собой. И совсем не читалось, что мы когда-либо виделись.
– Лицо кажется знакомым, – честно сказала я, – но мы никогда не сталкивались.
Бояринцев достал из стола папку, раскрыл её.
– Вообще-то, сталкивались. Прошлым летом вы в одно и то же время отдыхали в***.
– Достаточно для чего? Я с ним не виделась ни там, ни после!
В чем он, черт возьми, меня подозревает? Думает, что у меня роман с его сыном, а дочь разорившегося бизнесмена – плохая партия? Что за чушь!
– А еще вы могли видеться вот на этом приеме. Он проходил буквально через месяц после возвращения. И тогда уже у вас была возможность познакомиться поближе.
Какой прием? Какая еще возможность?
– Ещё раз говорю, мы не знакомы и никаких отношений между нами нет!
Эй! Здесь меня кто-нибудь слышит?!
– Я знаю, – неожиданно сказал Бояринцев, – Но ведь могли быть.
Я перестала что-либо понимать.
– Что вы от меня хотите?
– Я хочу, чтобы ты вышла замуж за Игоря.
Вот это называется – приплыли! Пока я глотала воду из стакана, Бояринцев невозмутимо продолжал:
– В настоящее время ты не состоишь ни в каких отношениях, у тебя нет молодого человека… Так что это никому не разобьет сердце.
– Вы что, следили за мной? – выдавила я.
– Самую малость, – улыбнулся он, но глаза по-прежнему оставались холодными и цепкими, как у акулы! – Должен же я быть уверенным, что отдаю сына в хорошие руки.
Очень смешно!
– Зачем это нужно? – прямо спросила я.
– Ну… Допустим, сразу после свадьбы или даже до нее я прощу твоему отцу все долги. Его бизнес, недвижимость и прочее останется при нем.
Я едва удержалась, чтобы не фыркнуть.
– Это понятно. А вам оно зачем?
Глава 3"
"Бояринцев-старший был из числа тех, кого называют акулами бизнеса. Желтая и нежелтая пресса замаялась считать его деньги. Он обладал крутым нравом, подчиненные, партнеры и даже покровители из числа министров ходили по струночке. Единственный, кто выбивался из общей гармоничной картины, – это его сын.