Ошибка

Я практически уже дошла до предела, когда по лестнице прозвучали шаги, щелкнул замок и дверь отворилась. На пороге стоял он. С кейсом, набитым бумагами, в рубашке, слегка измятой и влажной от долгого сидения в машине, с щетиной – ужасно эротичной щетиной – проступившей на скулах и подбородке. Усталый, сильный, большой мужчина. И, главное, мой! Мой!

Едва не заревев от щемящего восторга, я ринулась ему навстречу. Подпрыгнув, обвила его шею руками и повисла, со стоном подогнув ноги. Моя грудь распласталась его широкую грудь, и это было ошеломляюще приятно.

И висеть на нем было приятно, цепляясь, целуя куда попало, прижимаясь, всем своим телом остро чувствуя его тело, так остро, будто оно было моим. Чувствовать, как он дышит, как поднимается и опускается его грудь, как бухает его сердце. Вдыхать его запах, запах теплой мужской кожи, ветра и солнца, и немножко машины, и совсем чуть-чуть еще чего-то неясного, будоражащего… Как же мне хорошо…"

"Он подхватил меня под ягодицы, что-то гулко бумкнуло, видно, свалился тот самый дурацкий кейс.

Я обвила его ногами, сбивая к талии подол кружевной сорочки, прижалась крепче, хотя казалось, куда еще крепче, поерзала, с восторгом чувствуя, как наливается жесткой горячей силой, вдавливается между ног сквозь два слоя ткани его возбужденный член…По телу прокатывались волны жара и дрожи, низ живота пульсировал, возбуждение достигло  такой силы, что казалось, еще немного и…

– Мне надо в душ, – хрипло выдохнул он мне в ухо.

Душ? Какой еще душ? В Европах своих пусть души принимает. А я хочу его прямо такого, целиком и полностью, вместе с хмурыми бровями, колючей щетиной, упрямым ртом, и чистым потом над верхней губой, и шеей, на которой  между узлами мышц билась жилка. Вместе с влажной кожей, горячими руками и запахом солнца и бензина. Я так долго его ждала, что просто не выдержу, умру, не получив его здесь и сейчас. Сию же секунду…

Я изловчилась и лизнула его ухо, втянула мочку в рот, посасывая и кусая.

Вкусный! Какой же он вкусный! Так бы и съела всего! Он вздрогнул, едва не уронив меня, и…

Это было безумие! Яркое, острое, пряное…

Восхитительное безумие, ураган, смерч, торнадо.

Он сдвинул в сторону мои трусики и ворвался в меня, яростно, мощно, полностью насадив меня на свой тугой возбужденный член. Через долю секунды моя спина коснулась стены, поползла вверх от его мощных толчков.