— А еще я вижу, что вы не слишком понятливы, княжна. — Он шумно вдохнул, и Аглая задрожала с новой силой.
Утренняя прохлада сменилась полуденным зноем. Как будто она оказалась в Сахаре. Прямо под палящим солнцем. Сейчас сгорит.
— Вас трогал другой мужчина. А я не люблю, когда трогают мое.
Что-о-о?! Кто ее трогал?! Аглая не выдержала и обернулась к нему, сложив губы для ответа. Но принц ее опередил. Он смотрел тяжело и пристально. В глазах плескались ярость и угроза.
— Я знаю его запах. И теперь смогу распознать даже в толпе.
Аглая задохнулась от этой угрозы. От страха. Он не шутил. Она видела, откуда-то знала, что он исполнит угрозу.
Не слушая внутренний голос, который призывал молчать, она встала на цыпочки и выпалила:
— Тогда начните с самого себя!
Она развернулась и направилась в сторону. Как раз заприметила одиноко стоящую девушку. Едва не переходя на бег, Аглая спешила к своей «жертве» — пухленькой невесте с двумя толстыми черными косами и огромными глазами.
Заметив ее, девушка вздернула угольно черные брови и приоткрыла рот. На ее лице появилось выражение ужаса."
"Аглая остановилась перед незнакомкой:
— Вы уже выбрали, с кем будете проходить испытание?
Девушка медленно покачала головой, не проронив ни слова.
— Тогда я буду в вашей группе. Если вы не против. — До идиотизма неловко и глупо.
Как будто знакомство с новыми одноклассниками.
— Меня зовут Аглая.
Глаза девушки стали еще шире. Черт!
— То есть… Аглаида… Но мои друзья могут называть меня Аглаей.
Господи, до чего же неловко. В обычной жизни она без проблем знакомилась с новыми людьми, общалась, поддерживала разговор. Но тут…
Черноволосая невеста все еще молчала.
— А вас как зовут?
— Элори… Ох, простите княжна! Я совсем забыла о манерах. — Она присела в поклоне и склонила голову.
Неожиданно к ним подошла еще одна девушка. Скорее даже женщина. Высокая, бледная и худая. На вид лет тридцать — тридцать пять. Она не отличалась красотой, но в каждом движении сквозили изящество и неторопливость.
— Вы позволите присоединиться? — Было видно, что она до конца не уверена в своем решении.
Но все остальные уже с горем пополам разбились на группы, и безымянная балерина осталась в одиночестве. Элори вопросительно взглянула на Аглаю, как будто ждала ее разрешения.
Кажется, ей только что всучили роль лидера.
— Конечно. Больше ведь выбора и нет.