Что предпочитаете? Реку? Или ту милую полянку в компании медвежат?
Леди Мадален несколько раз открыла и закрыла рот. Потом еще раз. И еще. Элори хихикнула. Девушка из команды Мадален прыснула в кулак.
Аглая боялась, что перегнула палку. Вышло грубо. Аглаида бы ею гордилась.
— И не советую утомлять МОЕГО ДОРОГО ОТЦА своими пустыми жалобами.
Дамазы хмыкнул, словно знал, что князь ей никто. Аглая обернулась. Он смотрел на нее с легкой улыбкой и странным выражением глаз. Неужели, восхищался?
Аглае кое-как удалось взять себя в руки.
Крепость уже проснулась. Проходящие мимо стражники и придворные смотрели на их грязную компанию с удивлением.
— Мне нужна купальня с горячей водой и молоком. Моя нежная кожа сморщилась из-за проклятого дождя! Долго нам еще торчать тут?
— Испытание еще не закончилось, леди Мадален.
Он еще больше побледнел. Аглая поражалась, как он вообще держится на ногах. Обычный человек уже давно упал бы без чувств. А он прошагал половину леса и продолжает вести беседы со склочной девицей.
До сегодняшнего дня она воспринимала этих мужчин, как тех, кто может раскрыть ее секрет и убить. Оборотни или нет — это все не имело значения. Пока они не покрылись шерстью и не отрастили хвосты, ничего особенного в них не было.
Но когда увидела, с какой скоростью двигался Дамазы, поняла, что человеческого в нем — лишь умение говорить. Он даже не кричал, когда получал жуткие раны. Смертельные для обычного человека.
Они снова вернулись на площадь. Князь, мачеха, Василина и король оборотней опять сидели в ложе. Они о чем-то весело переговаривались, смеялись и угощались закусками, которые постоянно подносили слуги. Еще несколько придворных расположились на небольшой трибуне.
Аглае стало мерзко. Как будто она вместе с остальными должна выступать на потеху скучающих зрителей. Обеспечить им хлеб и зрелище. Эдакое средневековое реалити-шоу.
При виде их грязной уставшей и окровавленной компании все голоса мгновенно смолкли.
— О, Боги…
— Что случилось?!
К ним уже спешили князь, король и мерзкий Вируш.
— Что произошло?
Сразу столько лиц вокруг, что Аглая растерялась.