Слушая выкрики и невольно вспоминая подобные штурмы времен собственной учебы, Леонхашарт продолжает бурную переписку, начатую после разговора с Гатанасом Аведдином. Пока собеседник отказывается исполнить неординарную просьбу, но сдаваться Леонхашарт не намерен.
Лишь на рассвете, когда в общежитии уже давно властвует тишина, Леонхашарт получает долгожданный ответ: «Ну ладно, ладно, устрою такое. Но ты сумасшедший, и отвечать за последствия будешь сам»."
"«Сумасшедший? — Леонхашарт потягивается.
У входной двери раздается шорох. Встревоженный. Леонхашарт выходит из комнаты отдыха, крадется к арке. В холле что-то чиркает, словно громадный коготь по камню, но когда Леонхашарт выглядывает туда сквозь арочный проем, в холле никого нет. Не журчит «уснувший» на ночь фонтан, но это как раз нормально.
Только почему-то входные двери широко раскрыты, хотя Леонхашарт их за собой закрывал.
* * *Дежурство и остаток ночи я провожу в подпирающем двери кресле, потому что уснула на «посту». Разбудившая меня Манакриза на это цокает языком, Принцесса громко замечает, что на меня нельзя положиться, но в целом… все хорошо.
Ванные комнаты поддерживают общий стиль интерьера: роскошные белые с лепниной, статуями, серебряными и золотыми узорами. Я не могу избавиться от ощущения, что справляю нужду и чищу зубы в экспозиции музея. Но остальным девчонкам здесь, кажется, нравится.
Кое-как приведя в порядок платья и причесавшись оставленными вместе с зубными щетками и пастой расческами, мы собираемся возле забаррикадированных дверей.
— Может, не надо выходить? — дрожащим голосом предлагает Джель.
На нее смотрят недобро, отвечают урчанием в пустых животах. Есть хочется невыносимо!
— Можете запереться по комнатам, а я выхожу. — Хватаюсь за подлокотник баррикадного кресла и тяну на себя.
Пример заразителен, девчонки бросаются помогать, так что буквально через минуту завал разбирают. За дверями — тишина. Джель отступает в свою спальню, а я с Манакризой за плечом подхожу к дверям, отпираю замок и тяну за ручки.
Створки открываются… Пусть я не верю в реальную угрозу, но готова в любой момент снова захлопнуть двери и запереться.
А в коридоре у нас стадо баранов. В смысле — рогатых юношей.