В голове раздался еще один щелчок, уловимый лишь его подсознанием, и шестеренки медленно сдвинулись с места.
Ладно. Он узнал этот предмет, но…
Сначала – дело.
А потом он задаст Ирме пару вопросов насчет этой ерунды, что лежит на тумбочке…
Между тем девочка крадучись вернулась обратно в комнату. Она включила свет и как-то странно взглянула на Сашу.
– Что? – хрипло спросил он.
– Я передумала, – вдруг произнесла она, прижавшись спиной к двери. – Не надо, Саша. Это было дурацкой затеей. Ничего у нас с тобой не получится.
Он медленно покачал головой.
– Слишком поздно.
Лицо Ирмы стало пепельным, нижняя губа задрожала.
– Но ты ведь не убийца. А то, что мы задумали, называется убийством! Тебе надо уйти, прямо сейчас!
Саша сделал шаг вперед.
– Он в ванной? – спросил он, и она, охваченная паникой, закрутила головой.
– В ванной, но тебе не стоит…
– Уйди, Ирма.
– Нет!
– Уйди, – повторил Ковалев, вплотную приближаясь к возлюбленной. – Назад пути нет. Я сделаю все быстро.
– Нет, пожалуйста! – Она упала на колени, умоляюще сложив перед собой руки.
– Ирма!
– Нас найдут и арестуют!
– Ирма, если ты не отойдешь, я свяжу тебе руки, – предупредил Саша, и та умолкла, в ужасе глядя на возлюбленного. Глаза девочки наполнились слезами.
Он обогнул ее, открыл дверь и бесшумно вышел из комнаты. Ирма неподвижно сидела на полу, опустив голову. Ее роскошные длинные волосы свесились вниз, чернильным озером растекаясь по паркету.
«Спальня слева от комнаты».
Оказавшись в коридоре, Саша мысленно повторил слова Ирмы: «Не перепутай с гостиной…»
Он кивнул, улыбаясь.
Саша остановился у нужной двери. Она была слегка приоткрыта, изнутри доносились звуки работающего телевизора – передавали какой-то концерт. Ковалев шагнул ближе, пытаясь что-либо разглядеть.
«Я тебе покажу, как резать горло Ирме», – подумал Саша. Он вспомнил кадры из страшного сна, и его моментально обуяла слепая ярость.
– Как будто я скучаю в шикарном баре… – между делом пел Валерий Меладзе, – …а первая красотка на Занзибаре… Играет на гитаре мотив своей страны!..
Ковалев рывком распахнул дверь и вошел в спальню.
Мама Ирмы как раз стояла у разобранной двуспальной кровати, облачаясь в ночную рубашку. Перед глазами Саши мелькнула матовая округлость бедер, и, почувствовав за спиной движение, женщина резко обернулась.