Когда не перестаешь задавать себе вопросы: «Они надо мной смеются? Обсуждают меня? Насмехаются надо мной, будто их идеальный мир был бы гораздо прекраснее, если бы я не маячила перед глазами и не портила вид? Может, они все только и ждут, что я пойму намек и отправлюсь восвояси?».
У меня часто возникают такие мысли.
Я знаю, что это жалко – идти на поводу у общественного мнения. И еще я знаю, что ты скажешь: лучше быть одинокой, оставаясь собой, чем кого-то из себя строить ради того, чтобы вписаться в коллектив, хотя… Мне это на самом деле нужно, я все время так чувствую.
У тебя никогда не было такого ощущения?
Интересно, а у чирлидерши оно бывает? Когда музыка замолкает и все расходятся по домам? Когда день подходит к концу и рядом нет никого, чтобы ее развлечь? Может, когда вместе с макияжем она смывает дежурную улыбку, на свет выходят ее надежно спрятанные демоны, – чтобы поиграть с ней, потому что больше не с кем?
Думаю, нет. Нарциссам неведома неуверенность в себе, так ведь?
Как им удобно жить."
"Телефон на приборной панели вибрирует, заставляя меня оторваться от письма Райен и прочитать входящее сообщение.
Проклятье. Я сильно опаздываю.
Ребята уже беспокоятся, куда это я запропастился, а я все еще в двадцати минутах езды от склада. Почему я не стал «невидимым» басистом, который никому неинтересен и на которого никто никогда не обращает внимания?
Я снова вчитываюсь в слова Райен, раз за разом прокручивая в голове последнее предложение. Когда вместе с макияжем она смывает дежурную улыбку…
Пару лет назад я впервые прочитал это письмо, и эта фраза меня поразила.
Вернувшись к письму, я дочитываю его до конца, прекрасно зная, что будет дальше. Мне нравится, как она ко мне относится и что она заставляет меня улыбаться.
Хотя что уж там… Я только что рассталась с парнем через «Фейсбук» и теперь чувствую себя гораздо лучше. Не знаю, когда я успела превратиться в такую идиотку, но рада, что ты готов с этим мириться.
Так что продолжим.
И дабы внести ясность в предмет нашего последнего спора, Кайло Рен[1] никакой не плакса. Ясно тебе? Он молод, импульсивен, да еще и родственник Энакина и Люка Скайуокеров[2]. Разумеется, он иногда жалуется на жизнь!
Что здесь удивительного? И он искупит свою вину, зуб даю. Можем поспорить. Только придумай, на что.
Ладно, мне пора. И да, отвечая на твой вопрос. Тот текст, что ты прислал мне в прошлый раз, – это просто здорово.