Я снова взмахиваю клинком, и мне удается снести голову одному из деревянных людей. Когда его голова падает, все его тело тут же начинает рассыпаться на земле, превращаясь в обычную кучу хвороста.
И мы, и наши противники замираем, оценивая ущерб. Половина соломенных тварей вокруг нас рассыпались. Другая половина молча переглядывается, точно обсуждая, что делать дальше. Я мысленно готовлюсь к новой атаке, но затем деревянные человечки отступают назад во тьму деревьев, не издавая больше ни звука.
Боль в моей руке практически сводит с ума.
– Что ж, все прошло не так уж плохо, – замечает Арджун.
Селина хмурится.
– Все выглядело так, словно они просто с нами играли. Не нападали в полную силу. Просто пытались отвлечь.
– Проверяли, на что мы способны, может? – кивает Арджун. – Тогда это значит, что они скоро вернутся.
Я падаю на колени, и серебряный кинжал выпадает из моей покрытой перчаткой руки.
– Бастьян! – Селина подскакивает ко мне, опускаясь рядом со мной на колени.
– У меня в руке стрела, – говорю я сквозь стиснутые зубы.
– Учитывая все безумие происходящего, – говорит она, – почему ты так невнимательно себя вел? Зачем тебе все твои суперспособности, если ты даже не можешь уклониться от стрелы?
Я смотрю на нее, но ничего не отвечаю.
– Он невнимательно себя вел, потому что единственное, что его беспокоило, это твоя безопасность, принцесса. – Арджун опускается рядом со мной и начинает ощупывать мою рану, чтобы понять, как вытащить наконечник.
Я вздрагиваю опять, но на этот раз не от боли.
Растерянность появляется на лице Селины, однако она быстро скрывает свои эмоции.
– Тебе надлежит последовать своему же совету и защищать себя самого, – говорит она деловитым тоном. – Если тебя сильно ранят, ты станешь мишенью. От тебя тогда не будет никакой пользы.
Я понимаю, что она упрекает меня, потому что ей на самом деле хочется меня пожалеть, но она не может себе позволить это сделать.
И на самом деле Селина еще даже не поняла, как сильна эта вражда. Не поняла, что кровь правителя вампиров течет в моих венах так же, как кровь главной волшебницы Сильван Уайль течет в ее венах. Она видела, как недовольны были придворные ее матери, увидев нас просто стоящими рядом и держащимися за руки.