Это было не просто неодобрение.
Мы даже не противники. Мы заклятые враги.
Я отстраняюсь от Селины, но она хватает мою руку крепче, отказываясь ее опускать.
– Ты и правда не позволишь мне помочь тебе? – говорит Селина, ее взгляд становится сердитым.
За маской напускного гнева я вижу ее тревогу.
– Мне не нужна твоя помощь, – ворчу я, как глупый школьник.
Я тоже ношу маску. На самом деле мне очень хочется сказать ей, что никто так много для меня не значит в этом мире, как она. Что я готов страдать от подобных ран каждый день своей бессмертной жизни, если только она будет рядом, чтобы меня упрекнуть.
"– Все это очень мило, – встревает Арджун, – но нам надо придумать способ вытащить стрелу из руки Бастьяна и убраться отсюда, пока чертовы соломенные человечки не решили вернуться сюда с отрядом веток. – Он понижает голос до шепота и добавляет: – С нашей стороны будет полнейшей глупостью задерживаться надолго на одном месте. – Его пальцы ощупывают мою руку вокруг раны в попытке определить, под каким углом в меня угодила стрела, отчего я снова содрогаюсь от боли.
– Проще для кого? – уточняю я с сарказмом.
– Не будь ребенком, – говорит Арджун, цокая языком. – Это не подобает статусу бессмертного принца. Как только мы вытащим серебро, рана заживет сама собой, хоть и не так быстро, как обычно. – Он насмешливо вскидывает брови. – Теперь ты знаешь, каково это – быть мной.
– О-о, – осознает Селина растерянно. – Ты же этириал, как и я. Прости, что не поняла этого раньше.
Он усмехается.
– Увы, я совсем не как ты, принцесса. Я не прямой наследник правительницы Сильван Уайль и во мне нет ни капли королевской крови фей.
Селина морщит лоб и берет меня за раненую руку, пока Арджун готовится вытолкнуть наконечник стрелы с другой стороны.
– Я ни разу серьезно не бывала ранена до событий, произошедших несколько месяцев назад, – говорит Селина и хмурится еще сильнее, когда глядит на меня. – И я не помню, чтобы сильно болела ребенком.
Арджун ухмыляется.
– Полагаю, от этого ты чувствуешь себя только более виноватым, – говорит он мне.