— А эта гора строительного мусора — это элемент интерьера?
— Первый этаж не успели отделать, ремонт закончится за пару дней, — с досадой ответил Райан. — Не волнуйся, все удобства работают исправно, и на верхних этажах все готово. Пойдем.
— А где будет моя… наша… спальня? — я слегка задыхалась то ли от волнения, то ли от подъема по лестнице. Когда холл приведут в порядок, он, наверное, будет величественным. Наверх уводила широкая лестница с массивными деревянными перилами, а часть второго этажа шла по периметру холла галереей.
Вместо ответа Райан увлек меня к более узкому пролету, ведущему на третий этаж.
— Спальня для дракона — ближе к небу, — по-доброму улыбнулся он, открывая передо мной дверь.
Конечно же! Мне досталась именно та большая мансарда! Просторная комната со скошенным с одной стороны потолком была отделана в лиловых и сливочных тонах. У дальней от окна стены стояла огромная двуспальная кровать, напоминая, что эта комната не будет принадлежать мне лично.
— Ты как-то слишком ласков, — не выдержала я. — Раньше ты вел себя иначе… Ты не пьян?
Райан расхохотался.
— Я же оборотень, — сказал он. — И чувствую страх. А ты, дорогая жена, всю вторую половину вечера дышать не могла от ужаса. Мне не нравится запах страха, в постели я предпочитаю запах вожделения.
И он шагнул ко мне.
Если бы он не сказал, не напомнил, что я его боюсь, то я бы об этом и не вспомнила.
— Что теперь? — замер Райан.
— Ничего, — я поежилась. Не хотелось думать, что сейчас все и произойдёт. Страшно… И в тоже время любопытно.
— Я уже говорил. Меня тебе бояться не стоит, — он ласково мне улыбнулся, в два шага преодолел разделявшее нас расстояние. А я ведь даже не заметила, как отступала прочь.
— Я не боюсь! — вскинула подбородок. — Драконы не боятся.
— Вот и отлично.
Райан поцеловал меня. Аккуратно, будто давал возможность отстраниться. Но я понимала, что пути назад просто нет. Он — мой муж. Я могу плакать и возмущаться, но это только разозлит его и настроит против меня. Зачем? Конечно, я никогда не обещала быть покладистой женой, драконы на это мало способны. Да, я могу смириться со своей участью, признать, что не все в моих силах, но свобода всегда будет гореть в моем сердце!
И я ответила.