«Ну, конечно, по сравнению с этими девочками я выгляжу такой неуклюжей…»
Она поспешно натянула платье через голову, одернула его на бедрах. Оно оказалось почти впору – только немного давило в груди. Варя взглянула на себя в зеркало и порадовалась тому, что фасон у одежды был вполне пристойный – черный цвет, небольшое декольте, длинные рукава. Платье сильно пахло какими-то дешевыми духами, чужим телом, и Впарю передернуло. Нина поняла это по-своему:
– Вы что, замерзли? Ничего, в ресторане выпьете, согреетесь.
– А кроме ресторана, негде поговорить? – робко спросила Варя. – Мне бы не хотелось туда идти.
– А чего вы боитесь? – удивилась та. – Вас снимать не будут. А если попробуют, просто объясните, что это ошибка. Или вы никогда в ресторане не были?
– Никогда, – призналась Варя. Она чувствовала себя зеленой девчонкой по сравнению с этой женщиной, которая наверняка была даже немного младше ее. – У нас с Андреем не было на это денег… Да и сейчас их нет. Мне так неловко, что я вас ввожу в расходы.
– Можно перейти на ты, – сообщила Нина и достала из сумки косметичку. Быстро поправляя макияж, она рассказала, что все устроится просто. Вряд ли вообще кто-то попросит у Вари предъявить билет. Конечно, проводница видела, как та села в вагон и, уж конечно, сообразила, что билета у нее нет. Но ведь она не зашла в их купе – значит, все в порядке.
– У нас тут полное взаимопонимание, – пояснила та.
– Им ведь тоже надо жить. Правда, все это становится все рискованней. Правила ужесточают, немногие проводники соглашаются на такое соседство… Их могут уволить без разговоров, если накроют.
– А вы уже два года этим занимаетесь?
– Я же попросила обращаться ко мне на ты, – напомнила Нина. – А то у девчонок возникли вопросы, ты что – забыла? Как я смогу выдать тебя за свою подругу, если мы так церемонимся?
Варя спросила, не возникнет ли проблем с этим позаимствованным платьем. Ведь оно принадлежит не самой Нине? Та ее успокоила:
– Да не переживай, они в общем, нормальные девки.
– Зачем же вы… То есть, ты дала его Андрею? – поинтересовалась Варя.
Нина помрачнела. Она застыла, глядя в зеркальце пудреницы, с развинченным тюбиком помады в руке.