– Понимаешь… Я хоть и землянка, но прибыла из прошлого. Тогда мир был совсем другим, более хаотичным, но и более родным… Ты интересовалась историей Союза?
Я покачала головой. Мне она была ни к чему.
– На планете моего мужа история перед вступлением в Союз была менее бурной, чем на Земле, – вздохнула Мария. – У нас в две тысячи сто девяносто пятом году началась война, после чего государств на Земле не осталось, а появился Земной союз. Одно государство, одна власть, железные законы по всей Солнечной системе.
Я неопределенно пожала плечами, не понимая, к чему она ведет.
– Следом был открыт новый вид энергии – «сверхновая» – и земляне вышли за пределы Солнечной системы, отправившись изучать другие миры, искать другие ресурсы. Тогда-то мы и встретились с инопланетянами и присоединились к Галактическому союзу. Так земляне стали пятой космической расой гуманоидов. Мир сразу изменился: куча новых законов, другая экономика и уклад жизни. Мне до сих пор сложно смириться с некоторыми особенностями внеземных рас, при моей старой закалке.
Ну… на мой взгляд, у ее сына еще есть время в запасе. Лет эдак двести!
– Именно поэтому я считаю, что ты меня хорошо поймешь, когда я скажу, что очень волнуюсь за своего сына.
Понять мать, переживающую за свое дитя, я могу. Но как можно беспокоиться за Уотерстоуна? Кто рискнет здоровьем его обидеть?
– Конечно…
– В чем-то я рада, что он решил перебраться на некоторое время в вашу систему.
О, только не это! Неужели она рассматривает меня…
Заметив, как я напряглась, Мария мягко улыбнулась:
– Поэтому я прошу рассказать мне немного больше о твоей системе.
Непроизвольно выдохнув, я начала рассказывать о своем доме.