Пискнул приборчик, и стал я обладателем… слушайте-слушайте и не говорите, что не слышали… вожделенной Цессны-208, бортовой номер сякой-то. Вот и всё. Сбылась мечта идиота. Как говорил великий Остап-Сулейман-Берта-Мария-Бендер-Бей. Теперь у меня есть личный самолёт. И нету денег. На остатке 136600 евриков, с вычетом авиабилетов.
Уважаемые господа убедились, что трансферт прошёл, стали нам с кирией Катериной руки целовать и пожимать, кому что полагается, не забыв при этом слупить с кирии 7 процентов ""за услугу"". Кирия тут же сумму ещё куда-то загнала, и осталось на её счету, я в распечатке приметить успел, 6500 евров.
– Надеюсь, господа на этом наши дела улажены. Желаю здравствовать!
Сцапал я бумаги, нам положенные, и повел милую на выход. Прочь из этого гнезда чистогана. Прочь! Вниз на лифте не поехали, пешком пошли. На бельэтаж спустились, и тут я Катю придержал:
– Айн момент, майне фрау Катерина! Мне перевод сделать необходимо срочный.
"Пока мы в банке том раскидывались деньгами, Монморанси оклемался, и горделиво восседая на водительском месте, улыбался прохожим.
– Ваши планы, Виталос, не изменились? Вы по-прежнему хотите посетить церковь?
– Да, Катенька-Катюша. Я думаю, это будет правильно. Я к нему, к Теодору то-есть, чувство признательности испытываю. В том числе и за то, что встретил тебя.
– Вы верующий, Виталос?
– Не совсем простой вопрос, Катенька-Катюша.
– Не буду я тебя судить!
– А и не надо. Поехали свечку поставим, да помолимся за упокой души кириэ Теодора.
– Тогда я тебя в старинную церковь повезу, ещё в византийские времена построенную. Храм святой Екатерины.