Ему явно было неловко находиться перед Гектором в одних трусах, когда сам главный дознаватель был в форме, умытый и причесанный. – Кто?..
– Да охранники ваши. Говорят, плохо вы едите, спите тоже так себе. Вы не заболели, Арвен? – заботливо поинтересовался Дайд. – Вы только скажите, и я сразу переведу вас в другую камеру, побольше и посветлее.
Поначалу застывший, как статуя, Асириус вдруг хрипло, нервно рассмеялся.
– Сказать, да? Сказать?
– Конечно, – кивнул Гектор, не меняя градус заботливости в голосе, – конечно, сказать.
Заключенный, перестав смеяться, смотрел на него, хмурясь, и на лице его отражались сомнения. Гектор, усмехнувшись, достал из нагрудного кармана портсигар, открыл и протянул Асириусу.
– Берите.
Тот колебался. Глаза его бегали туда-сюда, возвращаясь от сигар к лицу Дайда.
– Берите-берите. Пока я добрый.
Арвен все-таки взял сигару, Гектор помог зажечь ее, а потом, закурив сам, произнес тем же доверительно-ласковым тоном:
– Удивительная женщина Элен.
Асириус молчал. Но смотрел настороженно, забыв о сигаре.
– Сколько таких молодых актрис, которые очень талантливы, но тем не менее продолжают играть в провинциальных театрах…
– Элен не просто талантлива, – буркнул арестованный.
– Как думаете, она с ним спит? – перебил его Дайд.
– Нет! – рявкнул Арвен и побагровел. – Все, чего достигла Элен, – лишь благодаря таланту. Она…
– Вы-то откуда знаете? – Гектор иронично улыбнулся. – Наплести она вам могла что угодно, актриса ведь.
– Не могла, – упрямо возразил арестованный и вдруг почти взорвался – взвился над кроватью и проорал, тараща глаза: – И что вы к ней привязались?! Отстаньте от нее! Она ни при чем!
Гектор, хмыкнув, поднялся со стула.
– Я так не думаю, Арвен. И я уже предупреждал вас и предупреждаю еще раз – чем меньше вы будете говорить сами, тем больше мне придется спрашивать кого-то другого. Например, Элен. Желаете, чтобы я от нее отстал? Так ведите себя правильно.
Асириус молчал, только рассерженно пыхтел, сверкая глазами.