Да уж, придется нам однажды придумать для наших детей легенду «как папа встретил вашу маму». Хотя если и правду рассказать… в усеченном варианте, то вполне себе романтичненько выйдет. Но вот картинки из того, что нужно будет вырезать цензурой… Ух, помирать буду и вспоминать во всех подробностях.
– Угу, – поерзал я, затвердев мигом, и нахально подмигнул, наслаждаясь ее смущением. – Повторим как-нибудь выезд на речку?
– Ура! Я очень хочу на речку! – поддержал идею Федор. Ишь ты, ушастенький какой у нас. А Лена, бедолага, вообще равномерно красная стала.
– Я это к тому, что у Георгия тут же дом, – пробормотала она, начав что-то высматривать впереди. – Вон тот поворот – на его улицу. Забор у него еще метра четыре.
Та-а-ак, а вот это прямо интересно. У нас до сих пор как-то разговора не случилось о подробностях того вечера. Я его решил просто считать своей удачей, и все на этом. Интересно, как такое обстоятельство, как проживание криминального авторитета под боком, Камнев-то упустил. Хотя… сто процентов недвижимость не на Свана лично оформлена.
– Яр, как насчет показать нам твои владенья? – посмотрел я прямо на Камнева, предварительно убедившись, что женщины точно нас не слышат.
– Да чё там пока… – начал уже чуток накативший, как и мы все, за Колькину дочку Боев, но осекся, понимающе нахмурившись. – Карамелька, мы на улице потусим. Не скалься, дурачина. – Это он уже Шаповалову, который ухмыльнулся и прошептал: «Вольный стрелок, ага».
– Чего? – сразу перешел к делу Яр, только вышли наружу.
– У Свана дом тут.
– Где? – нахмурился он.
– От въезда в поселок третий поворот направо. Точно который дом – не знаю, но Лена сказала, забор очень высокий, метра четыре.
– Понял, о каком ты доме, – насупился Камнев. – По моей информации, владелец – Егоров Тимофей Петрович. Но, по ходу, на него только оформлено, так?
– Судя по всему, – согласился я.