Чё вспыхиваю-то, как юнец?
– Информацию полную давай, а я сам разберусь, что у нас и как, – огрызнулся я.
– Давать тебе Лена твоя будет, если будет, – пробубнил говнюк языкатый. – Так, Елена Валерьевна Крупенина, в девичестве Лопухина, состоит в браке с Крупениным Сергеем Яковлевичем, широко известным в определенных кругах как Серый. А так же как редкий отморозок, даже на фоне остальных боевиков Свана, а тот, как ты уже понял, добряков не жалует. В браке они уже восемь лет. Как поженились после школы, так и живут.
– По залету? – уточнил из-за моей спины Шаповалов.
– Нет, я так понимаю. Сыну у них всего-то четыре года. Сыну, слышишь, Корнилов. Крупенин Федор Сергеевич. Довесок у твоей Лены. В смысле, якорь тот еще. Ты ж не мальчик вчерашний – понимаешь, что это значит.
Понимаю, еще как. Ради детей женщины держатся даже за самых хреновых мужей и терпят ой как много. Годами терпят. Например, отсутствие нормальной сексуальной жизни, точнее – удовольствия в ней. А потом бросаются на первого встречного, пользуются им ночь напролет и сбегают, оставляя черт-те где даже без трусов.
– Угу, понимаю. Живет она где? Работает?
– Нет, ну ты посмотри на него! Как питбуль, ей-богу, вцепился – хер челюсти разожмешь! – возмутился Андрей, закатывая глаза.
– Чья бы мычала в этом кабинете, – отмахнулся я, и они переглянулись.
– Да пойми ты, Корнилов, у тебя шанс заполучить эту Лену – только если этот Серый сам ее кинет, или сядет, или потеряется насовсем, соображаешь? Хотя… с другой стороны, сесть или потеряться всегда можно помочь.
– Андрюха! – веско пробасил Камнев.
– Нет, а вдруг у нас Корнилов фартовый и ему и так свезет. Поженились еще в сыкунячьем возрасте, столько лет вместе, кто знает, может, достала этого бандюка жена старая. Восемь лет вместе с одной бабой – это до хера. У них вон модно чуть что их менять на чуть ли не малолеток.
– Восемь лет с одной тебе до хера? – внезапно напрягся Шаповалов, мрачнея и подступая к столу, за которым сидел главный трепач «Ориона».