Мы не можем отправиться к хранителям, потому что туда регулярно наведываются алхимики. И ты даже часа не захочешь провести в таких условиях, как у них. Кроме того, ты что, сможешь бросить Джилл?
Боль на его лице ответила красноречивее слов.
– Вот именно. Мы привязаны к этому месту и просто вынуждены прилагать все усилия до тех пор, пока… не знаю, до каких пор. Пока что-нибудь не изменится. Ты знаешь это. И всегда знал.
– Знаю, – ответил Адриан. Он снова провел рукой по волосам, но на этот раз движение было безнадежным.
– Это нелегко. – На мгновение я отвела взгляд. – Нам еще надо устроить революцию против запретов, установленных нашими народами.
– И что же будет с нами? – Адриан прислонился к кухонному шкафу и устремил взгляд в темное окно, погрузившись в собственные мысли. – Каков наш план побега?
Воцарилась тишина.
– Ты поэтому сегодня такое устроил? Из-за нас? Или из-за духа? Джилл сказала, что ты очень много духа использовал.
– Нет, Сидни. – Он произносил мое имя так, что я впадала в замешательство. На него становилось трудно сердиться. Адриан снова подошел ко мне, взял меня за руки, взгляд его сделался затравленным. – Я не просто использовал дух. Я… я был духом. Он заполнил меня целиком. Мне надо было всмотреться в ту девушку, Оливию, чтобы разобраться, что с ней произошло.
– И теперь у тебя отдача, – сказал я.
Адриан покачал головой.
– Я пытался удержаться. Но когда я поднимаюсь так высоко… а со временем маятник несет обратно. Мне трудно это объяснить.
– Я уже бывала внизу.
– Но не так, – возразил Адриан. – Я не умничаю. Это такое ощущение… как будто мир вокруг меня рассыпается. Всякое сомнение, всякий страх – все они подтачивают меня. Они тянут вниз, пока меня не поглощает тьма и я не перестаю понимать, что реально, что нет. И даже когда я знаю, что это не существует в реальности… как тетя Татьяна… все равно трудно…
Я вспомнила его слова в ломбарде и похолодела.
– И часто ты слышишь ее?
Шепот Адриана был еле уловим.
– Не очень.