Пробуждение с Сидни оживило этот дом. Я в конце концов заснул, но просыпался, когда чувствовал, что Сидни шевелится. Мы оба ночью меняли позы, но так и не отпускали друг друга. Глядя на сонные глаза и спутанные волосы Сидни, я решил, что никогда еще она не выглядела восхитительнее. Я потянулся поцеловать ее, но Сидни отвернулась.
– Мне надо зубы почистить! – пробурчала она.
– Практична с первого мига пробуждения. И почему я не удивлен?
– Это просто здравый смысл. – Сидни повернулась на бок, и я прижался к ее спине, обнимая ее за талию.
– Хочешь позавтракать? – спросил я.
– Мы не можем выйти отсюда вместе. Будет плохо, если кто-нибудь заметит, как ты выходишь от меня.
Я посмотрел на часы.
– Ха! Они все еще спят!
– Где мы возьмем завтрак?
– Здесь есть пара местечек, работающих круглосуточно, потому что постоянно приезжает кто-нибудь, живущий по общечеловеческому расписанию. – Я поцеловал Сидни в шею. – По такому случаю я снимаю твое ограничение на кофе.
– Эй, я держу слово!
– Посмотрим, что ты скажешь, если придется работать с мороями глубокой ночью.
Несколько мгновений Сидни молчала.
– Ты не выпил ни капли спиртного? Даже свою разрешенную порцию.
– Так легче. Нет смысла играть с огнем.
Ее ответ был прост и идеален:
– Я люблю тебя."
"Потом Сидни отослала меня к себе, собираться, невзирая на мои прекрасно продуманные аргументы о том, как было бы эффективно принять душ вместе. Я быстро вымылся, чтобы успеть забежать в соседнее здание для быстрого визита к кормильцам.
На улице блеклый солнечный свет мало согревал зимнее утро. Сидни выглядела аккуратно и мило в своей парке, и я проклял свою глупость, заставившую меня надеть тонкий бушлат. Впрочем, я не жаловался.
Окрестности были пустынны, как я и ожидал. Нам попадались лишь редкие стражи или усердные патрули, несмотря на то что двор был защищен от стригоев заклинаниями. В наше время, когда некоторые все еще не принимают правление Лиссы, нам грозит опасность от некоторых наших родичей. Один из ресторанчиков, который я помнил, все еще продолжал работать, и Сидни рассмеялась, когда мы туда вошли.
– Невероятно! – сказала она.