Я покачал головой, понимая, что она имела в виду, но…
– Что ж, – начал я, – моя первая мысль: ей нужна другая компания, чтобы не было одиноко.
– Ага, – согласился со мной Джекс. Он поднес ко рту бутылку и отпил из нее.
– Ну, – возразила Тэйт, – вас удивит собственное стремление сделать все, чтобы она никогда не чувствовала себя одинокой.
– Верно подмечено, – добавил я. Она, вероятно, права. Мать попала в точку насчет наших ролей в жизни сестры.
Едва я взял на руки ее хрупкое, беззащитное тельце, как сразу понял, что ради Куинн пойду и в огонь, и в воду.
– Эй, – Джекс подошел к медсестринскому посту, – моей девушке стало плохо. Медсестра увела ее куда-то, и больше я ничего не слышал.
– Джульетта Картер? – тут же уточнила женщина. – Да, она во второй палате.
– Ее поместили в палату? – спросил он озадаченно.
Тэйт бросила на меня встревоженный взгляд.
Кивнув, медсестра указала рукой влево. Я тоже нахмурился, слегка забеспокоившись.
Несмотря на то что со временем Джульетта стала мне довольно дорога, она редко попадала в поле моего зрения.
Они заслужили друг друга.
Ринувшись во вторую палату, Джекс распахнул дверь. Вместе с Тэйт я быстро последовал за ним."
"– Господи, – выпалил он, переступив порог. – Она в порядке?
Когда мы вошли, увидели Джульетту, мирно спавшую на кровати в той же одежде, в которой она была раньше.
Мой брат подбежал к ней, осматривая ее с головы до ног.
– Какого черта? – прошептал он, повернувшись к медсестре, проследовавшей за нами.
Та остановилась с ошарашенным выражением лица.
– Извините, сэр?
– Что с ней? – спросил я тихо, чтобы не разбудить Джульетту.
Тэйт подошла к Джексу и посмотрела на свою подругу.
– Я только заступила на дежурство, – пояснила медсестра. – Но, насколько мне известно, с ней все в порядке.
– Значит, что-то все же не так? Она моя девушка. – Судя по взволнованному взгляду, Джекс, как и мы, пытался связать факты воедино. Но безуспешно.
– Ничуть, – беззаботно ответила медсестра. – Частая рвота во время первого триместра – довольно обычное явление.