Планета Вода

 – Вот вам Figaro, вот Le Petit Journal. Читайте нормальные, человеческие новости, а не гадости, которыми напичкана ваша гадкая русская пресса!

Эраст Петрович виновато улыбнулся, поцеловал голую пухлую руку с детской ямочкой на запястье. Кожа у Аннет была нежная, ароматная и очень гладкая. Начнешь целовать – и будто скользишь губами, трудно остановиться.

– Так-то лучше, – промурлыкала чудеснейшая из женщин, когда поцелуи добрались до ее локтя и двинулись выше. – Я знаю отличный способ улучшить ваше расположение духа.

Только приведу себя в порядок и подушусь фиалковой эссенцией. У меня сегодня фиалковое настроение… Входите через десять минут, не раньше!

Она упорхнула в спальню, легкая, воздушная, похожая в бело-розовом пеньюаре на кремовую розу с торта.

Фандорин проводил совершенно небесное, но вместе с тем безусловно земное создание заинтересованным взглядом. Покосился на смятую газету, поморщился.

Аннет права. Пора отказаться от самоедской привычки читать российские новости.

Ничего хорошего с родины не сообщают и в обозримом будущем не сообщат."

"После злополучной японской войны в стране началась бесовщина. Все будто посходили с ума. Государственный корабль терпел бедствие. Помочь Фандорин ничем не мог, ибо помогать было некому. Капитан с помощниками вели судно прямиком на скалы, матросы бунтовали, пассажиры бессмысленно метались по палубе. Еще две с половиной тысячи лет назад мудрец сказал: «Царство, утратившее гармонию, не спасти, а тот, кто попытается это сделать, лишится гармонии сам».

Пока шла война с японцами, было просто: защищай отечество, и будет тебе гармония. Но от кого защищать отечество в нынешних условиях, было непонятно, а смотреть на всё это ничего не делая – невыносимо. Поэтому, спасая гармонию, Эраст Петрович уехал прочь. Благо, в далеких южных морях оставалось незаконченное, увлекательное дело: поднять с галеона, затонувшего в начале XVIII века у берегов острова Аруба, груз баснословной ценности – пятьсот бочек красного перуанского золота.

Правда, выяснилось, что золото в бочках лежало только сверху, а внизу были чугунные чушки, так что Фандорину, как медведю из сказки, достались лишь «вершки», «корешки» кто-то спёр двести лет назад. Но, во-первых, Эраст Петрович несколько недель развлекал себя расследованием преступления, концы которого были спрятаны в воду аж в 1708 году, для чего пришлось наведаться в Картахену и покопаться в архивах.