— Разумеется, существует определенные методы обеспечения безопасности. Не стану лукавить, мы часто прибегаем к соответствующим схемам. Вот поэтому о Валленбергах трудно получить какую-то информацию. По той же причине я беспрепятственно изучал деятельность различных компаний, находясь под прикрытием.
Греб*ный телепат.
— Спросишь, почему не разрешаю тебе поступить также.
Нет, ну, как умудряется пролезть в мозг.
— Беспокоишься о родителях? Хочешь, чтобы к ним в гости наведался лорд Мортон? Или его люди? Или кто-нибудь другой, настроенный шантажировать меня?
Oh, shit.
— Я практически ничем не рисковал, примеряя новую роль. А ты ставишь на кон чужую жизнь, — некоторое время медлит и настоятельно советует: — Возьми глубже.
Что?!
Нет, иначе.
Какого хрена?!
— Я не поддамся на провокации, не соглашусь на переговоры, не уступлю. Но конкурентам этого не объяснить. Они постараются разыграть козырь с наибольшей выгодой. Никто не должен узнать правду о твоем происхождении, даже тень правды. Надеюсь, теперь все понятно и не требует дополнительных объяснений.
Пальцы ложатся на макушку, задают ритм, мягко, но настойчиво вынуждают ускориться и пропустить раскаленную плоть дальше. Инстинктивно вырываюсь, пробую ускользнуть, но безуспешно. Приходится покориться.
— Суть не в том, что я переживаю о твоей семье, или что боюсь, будто тебе причинят боль.
Пытаюсь расслабиться и дышать, совладать с очередной истерикой. Вроде терпеть совсем недолго, только мгновения устремляются в бесконечность.
— Суть в том, что только я имею право тебя мучить.
Фон Вейганд кончает. Чувствую его вкус. Вкус победы или поражения — не разобрать.
«Не плакать», — повторяю, словно мантру, жмурюсь, чтобы сдержать слезы.
Сеанс расправы завершен, вдохни полной грудью, насладись свободой. Но не плачь. Ни в коем случае не плачь, дура.
— Кого выбрать на роль подставного человека? — мой голос срывается, звучит хрипло, отчужденно.
Все еще стою на коленях между широко расставленных ног хозяина.
Он улыбается, точно сытый кот, он несказанно доволен происшедшим. Приводит себя в порядок, наклоняется вперед, пристально рассматривая жертву. Черные глаза сковывают в пылающую сталь, большой палец движется по распухшим губам.
— Сама решай.
— Я напишу бизнес-план, — заявляю уверенно.