"
"Ну, не жил, ведь апартаменты выглядели слишком уютно и персонифицировано, буквально дышали характером хозяйки. Взять хотя бы ежевичный диванчик, который я основательно подпортила.
Если человек не укатил на ПМЖ в другой город/страну.
— Черт! — готова взвыть от бессилия.
Навязчивые идеи пробуждают зашкаливающее количество «если» в моей бедовой голове. Безумное желание припереть ценного свидетеля к стенке испепеляет дотла. Жаль, что не могу покинуть Одессу раньше срока и свободно отправиться на поиски блудницы.
Меж тем секунды идут, минуты капают, немилосердно щелкает счетчик.
Живо представляю, как Ксения пакует чемоданы, вызывает такси, едет в аэропорт, а я бегу за стремительно удаляющимся авто в тщетной попытке догнать, спотыкаюсь, падаю на колени, гневно молочу асфальт кулаками, захлебываясь в слезах разочарования.
— Проклятье, — зеленый чай совсем не успокаивает.
Например, послать гонца. Попросить какого-нибудь местного аборигена сбегать по адресу и либо связать нас в телефонном режиме, либо выяснить новые координаты.
Но… кому я могу доверить такое поручение, если никому не доверяю?!
Родню впутывать нельзя. Только лишний раз подвергать опасности. Анна сразу заложит, даже не поморщится. Остальные знакомые не катят. Начнут приставать с расспросами, понесут сплетни по всей округе, продадутся шпионам фон Вейганда.
Нужен кто-то нейтральный, чей номер точно не станут прослушивать, поскольку мы давно не общаемся, и никто не уличит нас в дружбе, не станет проверять постороннего субъекта.
Нужен кто-то, кого можно частично посвятить в тайные махинации без угрозы утечки информации. Не обязательно честный человек (такого и в Красной книге не сыскать), а просто такой товарищ, который не знает, кому меня выгодно сдать.
Нужен кто-то, кого не жалко швырнуть на рельсы прямо под скоростной поезд.
И я таки имею подходящий экземпляр на примете.
«Нет, умоляю, — скулит внутренний голос. — Пожалуйста, не надо».
— Надо, Федя, надо, — радостно улыбаюсь, ибо счастливчик нашелся.
Смело набираю до боли знакомый номер, считаю гудки и невольно вздрагиваю на резком:
— Слушаю.
Ух, как брутально прозвучало.