Чуть позже увечья зарубцуются, станут практически незаметны, однако память о боли сохранится навсегда.
— Например? — не хочу, но должна спросить.
— Точно желаешь услышать пример? — интересуется насмешливо.
Не вижу его глаз, однако уверена, в их темноте царит бесовская пляска.
— Ты с кем-то… ну, в общем, ты кого-то, — затрудняюсь с формулировкой, поэтому выдаю напрямик: — Ты превращал в собаку?
— Хуже, — бросает коротко и сухо.
— Что может быть хуже? — вырывается автоматически, звучит неожиданно жёстко и резко.
Фон Вейганд отстраняет меня, пристально изучает, будто рассчитывает следующий ход, и, наконец, иронично произносит:
— Я собираюсь игнорировать этот вопрос.
Отлично.
Надеется, начну настаивать на чётком ответе, умолять о правде, изворачиваться и юлить, применяя различные стратегии и тактики. Забуду про стыд и совесть, в зависимости от расклада прибегну либо к грязному шантажу, либо к честному наступлению.
Правильно надеется.
— Намекни, — пробный выстрел.
— Зачем? — не сводит с меня насмешливого взгляда.
— Я называю, а ты дай знак, — не реагирую, симулирую избирательную глухоту, набираю побольше кислорода в лёгкие и оглашаю внушительный список: — Педофилия, зоофилия, некрофилия. Хм, фистинг. Можешь сказать, что фистинг — не особо серьёзное извращение, но у меня на сей счёт иное мнение. Копрофилия, уринотерапия, ну, точнее «золотой дождь»…
— Педофилия, — роняет нарочито спокойно и, поразмыслив, прибавляет: — Я же трахаю ребёнка. Точнее тебя.
— А в целом?
— Я не трахаю детей, если ты об этом, — пожимает плечами, хмурится, пытаясь вспомнить нечто важное.
— Ты шутишь? — брови удивлённо ползут вверх, а челюсть почти падает на пол. — Нет, не верю… двенадцать?!
В двенадцать мои одноклассники резались в кэпсы и обменивались наклейками от жвачек, собирая уникальную серию авто.
Но…
Двенадцать лет, бл*ть?!
Кто ему позволил? Куда родители смотрели? А что там за пятнадцатилетняя шм*ра его совращала?
Впрочем, судя по фото из семейного альбома, ещё неясно, кто кого совращал. И, вообще, сложно понять. Может, это вполне нормальный возраст для первого опыта. Не все ведь дожидаются пенсии как я.