Искренне раскаиваюсь в содеянном, но исправиться не получается, становится только хуже. Еще недавно была звездой паркета, а теперь, после беседы с Андреем, проиграю корове на льду.
Очередной неудачный шаг — инструктор взвывает от боли.
— I don’t know what’s wrong. (Не знаю, что не так) I am just… tired, (Я просто… устала) — выдаю идиотские извинения.
— Don’t worry. (Не переживайте) It’s fine, (Все нормально) — призер важных чемпионатов улыбается сквозь слезы, пытается придать лицу счастливое выражение. — We could make a short break and go on later.
Борюсь с искушением попросить о выходном. В конце концов, могу отсидеться в зимнем саду, пожаловаться небесам на судьбу-злодейку, порыдать в свое удовольствие, вдали от посторонних глаз.
Спросите меня о причине? Ха! Разве для истерики нужна определенная причина? По умолчанию примем за хронический ПМС.
— Nice idea, (Хорошая идея) — облегченно отстраняюсь.
Однако не успеваю расслабиться. Музыка обрывается, сверкающий зал погружается в тишину.
— Nice, indeed, (В самом деле, хорошая) — нарочито мягко, вкрадчиво, шелком скользит по взмокшему телу.
Знакомая поступь крадущегося хищника за моей спиной.
— Андрей сказал, ты вернешься завтра.
Оборачиваюсь, тщетно пробую подавить дрожь в мгновенно напрягшихся мышцах, сопротивляюсь дурманящим чарам.
— Why don’t you have a rest? (Почему бы вам не отдохнуть?) — фон Вейганд не спешит удостоить меня взглядом, внимательно изучает пульт от проигрывателя, потом — инструктора.
Последний быстро понимает намек, согласно кивает и удаляется из бального зала, четко уразумев, что тренировка нам в ближайшее время не светит.
— Соскучился и решил приехать раньше, — выдвигаю смелое предположение.
— Закончил дела, поэтому и приехал, — парирует он, рассматривая меня с ног до головы, и ухмыляется: — Но, признаюсь, тосковал по некоторым частям твоего тела.
— Конкретизируй, — подхожу ближе, берусь за его галстук, тяну вниз, вынуждая наклониться.
— В основном по груди… мне кажется или она увеличилась? — черные глаза искрятся неподдельным весельем."
"— Размер имеет значение, да? — заставляю наклониться ниже, провожу языком по его приоткрытым губам, обжигаю жарким шепотом: — Надеюсь, у тебя ничего не уменьшилось.
Он впивается в мой рот таким поцелуем, от которого забываешь, как правильно дышать. Резко и неожиданно, не оставляя шанса ускользнуть. Поглощает, не размениваясь на компромиссы.