Зверь отстраняется.
А по моим щекам стекают слезы.
Лихорадочно мотаю головой.
Нервно дергаюсь.
— Прошу, — бормочу чуть слышно. — Прошу.
Я не хочу, чтобы он отпускал меня. Не только сейчас. Вообще. Хоть когда-нибудь. Я не вынесу этого опять.
— Алекс, — истерзанные губы еле шевелятся.
Он расстегивает рубашку.
Медленно, методично.
Уже давно не белую.
Окровавленную.
Отбрасывает.
Я слышу рычание.
Вздрагиваю.
Он такой огромный. Темный. Мрачный. На гладкой смуглой коже четко видны отблески пламени. Но здесь нет огня.
Его мышцы напрягаются и перекатываются при каждом движении. Рельефные. Бугристые. Каменные. Вены вздуваются. Пульсируют.
Мощная шея. Широкие плечи. Руки, способные разорвать на части. По-настоящему. Без изысканных метафор.
Мой монстр выкован из железа.
А я?
Одурманена.
Пьяна.
Затуманенный взгляд скользит по мускулистой груди, следует ниже по плоскому животу, по дорожке темных волос.
Я сглатываю.
Я хочу его.
До боли.
Внутрь.
Я жажду.
Напрягшийся член мерно покачивается.
Мой позвоночник рефлекторно выгибается.
Из уст вырывается слабый стон.
— Алекс, — выдыхаю я.
Я не знаю, зачем это говорю.
Кого зову?
Почему?
Крупные ладони обхватывают бедра, пальцы жестко впиваются в податливую плоть и насаживают истекающее влагой лоно на возбужденный орган. Натягивают до самого предела. Тело в тело.
Зверь пожирает добычу.
Вбивается резче. Вколачивается. Входит вглубь рваными, ритмическими толчками.
Он как машина.
Для убийства.
Для насилия.
Закрываю глаза.
Ускользаю.
Молюсь.
Боже.
Позволь мне.
Потерять сознание.
Нет.
Никогда.
Даже не мечтай.
Пальцы ложатся на веки. Властно. По праву хозяина. Заставляют смотреть. Впитывать каждый прошедший миг.
Он хочет видеть, что я чувствую.
Когда раскаленный член входит по самые яйца. Вонзается вглубь, добирается аж до матки. Когда податливая плоть вспорота изнутри, растравлена похотью, растянута до упора.
Он режет меня.
Убивает.
Терзает.
Собственным возбуждением.
Вбивает в ледяной камень. Размазывает по полу. Распинает. Проникает жестокими толчками, подчиняет, порабощает. Ломает, лишает разума.
Не фон Вейганд.
Не Валленберг.
Даже.
Не.
Дьявол.
А кто?
Он.
Просто он.
Варвар.
Животное.
У зверя — клыки и когти. Ненасытная жажда плоти. Голод. Желание повалить, разодрать, задрать. Освежевать и затр*хать до смерти.
У него — вечный холод.