— Отвечай, — прижимается сзади, позволяет ощутить нарастающее возбуждение в полной мере. — Куда тебя выеб*ть?
В душевой кабине становится неожиданно горячо. Ощущение, будто из-под крана льет кипяток. Враз запотевает прозрачное стекло.
— Ты просто сон, — тихо говорю я. — Плод моего воображения. Захочу — открою глаза. И ты исчезнешь. Растворишься навсегда.
— Но ты не хочешь, — его пальцы медленно скользят по моим рукам, продвигаются от локтей до нервно вздернутых плеч.
— Не хочу, — закусываю губу до крови.
Он рывком разворачивает меня, вбивает спиной в ледяной кафель.
— Твои глаза открыты, — склоняется ниже, почти касается моего рта. — А я по-прежнему здесь.
— Все равно, — выдаю глухо. — Это сон. Иллюзия.
Он ухмыляется.
Коленом раздвигает мои бедра, обхватывает ягодицы, поднимает и насаживает на свой огромный член. Входит внутрь одним толчком, целиком и полностью заполняет лоно.
— Просто сон, — заключает издевательски. — Иллюзия.
— Т-ты, — роняю сквозь надсадный стон. — Т-ты… н-не настоящее.
— Валяй, — слизывает алые капли с моих искусанных губ. — Тебя тр*хает твоя собственная фантазия.
Безумный ритм. Злой. Жестокий. Неистовый. Ритуальный танец первобытных людей. Обряд на кровь. Обряд на жизнь.
— Господи, — царапаю его спину ногтями. — Алекс!
— Громче, — рычит он.
— Алекс, — выдыхаю. — Бог мой…
Я срываю голос. Кричу так, что сама глохну.
Я срываюсь.
В пропасть.
Я пылаю.
В адском пламени.
— Ты моя.
Его губы на моих губах.
Первородный грех.
***
Открываю глаза. Бесконечно долго рассматриваю потолок. Ни единой трещины. Никаких дефектов. Отбрасываю простыню.
Мне нужна консультация.
Определенно.
Отрываюсь от смятой постели, хмурюсь, направляюсь в душ, ибо мои трусы можно смело выжимать.
Я стою под упругими струями воды. Минута за минутой. Никакого облегчения. Касаюсь лона. Просто нажимаю на единственную точку.
И взрываюсь почти мгновенно. Я представляю, что меня трогает он. Фон Вейганд. Что это его рука. Я кончаю снова и снова. Меня трясет.