–Мне Лиридон рассказал о вашем участии в налаживании ткацкого станка, так что не стоит принижать себя. Я понял, что вы не хотите оставаться ни в качестве кого.
Леди Нарибус ничего не ответила, догадался, ну и молодец. Его светлость остановился, осмотрелся и подал руку девушке. Они сошли с дорожки и прошли по траве к чайным кустам.
–Я привёз их из своего первого путешествия. Мне очень понравился напиток изготовляемый из их листьев, но каюсь, не удосужился узнать, как их подготавливают перед использованием. Здесь мы попробовали их заваривать, сушить, но быстро потеряли интерес к ним, а я признаться, забыл про эти кусты.
Нина склонила голову, принимая похвалу.
–Через несколько дней прибудет мой обоз вместе с невестой. Подозреваю, что вы не захотите дожидаться тёплых дней и покинете мой замок. Куда вы поедете?
Леди не могла сообразить, говорить правду или сказать, что ничего не ясно, но его светлость сверлил её взглядом черных глаз, от чего становилось не по себе, и ничего не оставалось делать, как сказать, то, что на уме.
–Наверное в столицу, там поживу, пока не подберу себе имение для покупки.
Мужчина прищурился, а Нина посмотрела в сторону, лишь бы не на него. Есть в нём что-то магически притягательное, не хочешь, не нравится, а признаешь его силу, обаяние.
–Плохо, очень плохо. Вы меня выручили, поэтому слушайте. Надеюсь вам хватит ума не отмахнуться от моих слов.
Нина напряглась не только от смысла фразы, но и от тона. Герцог продолжил.
–Юные восторженные головы в столице, услышав о вашем вмешательстве в подписанный договор начнут, или уже начали, восхвалять вас. Это будет раздражать королевскую семью. А мой друг итак предубеждён против вас. Во-первых, ему до боли в здоровой печени жалко денег. Он мне уже высказал, во сколько ему обошлось моё отсутствие. Добавьте к сумме своего гонорара деньги, потраченные на моё вызволение, и вы его поймёте.
–Как убрать? – прошептала Нина, вспоминая какой милой была её величество.
–Как получится, но желательно так, чтобы до вас не дотянулся её свёкр, а у него руки длинные.