– Два! Клиент с ребенком уже прилетел! Найми еще людей, свяжись с ментами, прослушивай все телефоны, какие надо! Не мне тебя учить оперативной работе! И действуй, действуй! Все, свободен!
Пошел третий день, как Вика со Степкой жили на даче.
Во вторник утром по распоряжению Дениса Егор пошел на работу, естественно работать и неестественно пребывать в роли актера, изображая полную растерянность от Викиного неожиданного появления с сыном и загадочного исчезновения. А Денис осуществлял их со Степкой эвакуацию на собственную дачу.
Вика ворчала и сопротивлялась, настаивая на том, чтобы остаться где-нибудь в Москве, поближе к событиям, и принимать в них активное участие, но Денис быстро пресек ее пререкания.
– Все, Вика, игры закончились! Тебе сейчас быть в Москве опасно: куда бы я тебя ни спрятал, тебя может кто-нибудь увидеть и узнать. Ты еще от этого всего устанешь, потому что, когда мы доведем дело до конца, тебе придется выступать свидетелем в суде!
– Слушай, а это разве по вашему ведомству? – спросила Вика.
Она, так же как и он, легко и с удовольствием перешла с ним на «ты». Вообще, странным образом, непонятно как и когда, они прониклись друг к другу уважением и чем-то очень похожим на дружбу.
– Как раз по нашему! – ответил он, закидывая в багажник «ровера» их со Степкой вещи. – Открою тебе оперативную тайну: у этой конторы серьезные деловые связи с иностранными государствами.
– Ого! Даже так! – Вика, изобразив покорность, согласилась: – Ладно, сатрап, вези нас на свою дачу!"
"Вот уже третий день, как она ловила себя на том, что испытывает какие-то противоречивые чувства, как в том анекдоте: «Смешанные чувства – это когда ваша теща срывается в пропасть в вашей машине».
С одной стороны, она давно так не отдыхала. Дом просто чудесный, сказочный, как из детской мечты. Не очень большой, два этажа и мансарда, с широким балконом на втором этаже и стеклянной верандой на первом.